Мясорубка. Как Россия полюбила кровавый спорт

Первые выпуски набрали миллионы просмотров. Сульянов использовал налаженные на предыдущих проектах связи, чтобы привлечь спонсоров и с их помощью продолжать снимать гран-при. Новые выпуски проходили в необычных локациях – еще одно наследие Амирана.

Проект со старта делался с прицелом на масштабирование. С каждым бойцом заключался контракт – не самое обычное дело для России, где часто полагаются на «мужское слово». Параллельно Сульянов учредил пять весовых категорий. Выбывшие из гран-при бойцы получали предложение подписать с лигой контракт, чтобы биться в рейтинговых боях и в перспективе сражаться за чемпионские титулы.

Особенно популярными на ютуб-канале промоушена стали HardConference – пресс-конференции, которые часто собирали больше просмотров, чем бои, превратились в отдельный жанр и помогли найти Hardcore свое лицо.

Как трешток всё изменил

На HardConference бойцы сидели на диванах, общались, скандалили, прогревали поединки и разбирали конфликты, а порой прямо на месте начинали их решать. Тогда в дело вмешивались охранники в черных масках. Иногда им приходилось растаскивать массовые потасовки. Пресс-конференции с прогревом боев были и у Сардарова, но на Hardcore они стали намного злее, а протяженным сюжетам и длящимся конфликтам здесь уделялось больше внимания. Именно пресс-конференции превращали происходящее в сериал и помогали Hardcore создавать своих звезд. Плюс в этих конфликтах, пусть в гипертрофированной форме, отражалась уличная жизнь в России, – со всеми «нежданул», «мусорнулся», «задел мужское» и где написать заявление после драки считается табу.

Во времена первого сезона гран-при Hardcore опаснее всех дрался чемпион Европы по тхэквондо Мухамед Калмыков, но звездами промоушена быстрее стали Тимур Никулин и Артур «Акаб» Кулинский. Они хуже дрались, но на старте Hardcore намного ярче говорили. Акаб – «три месяца спортсмен, три месяца наркоман», как он сам себя определял – был в принципе человеком, с которым постоянно что-то приключается. Еще до Hardcore он стрелял с балкона из охолощенного автомата, а здесь он едва ли не каждый выпуск стал устраивать перепалки и потасовки. С одной стороны, он явно любил внимание и понимал, чего от него ждут. С другой, в нем была настоящая бесшабашность и отчаяние: истекая кровью, Кулинский выдал очень неплохой бой против Марифа Пираева, который как спортсмен был на десять голов выше него. Из-за проблем с наркотиками Артур был то взвинченным и энергичным, то сидел с потухшим взглядом и явно не в себе. Все это естественным образом складывалось в сюжет о том, сможет ли яркий и явно способный Акаб завязать и взять себя в руки[266].

Если в жизни Акаба хватало настоящего хаоса, то студент РУДН Никулин был намного прагматичнее. «Без хейтеров мы никто», – скажет он пару лет спустя. Никулин провозгласил себя королем кулачных боев, намеренно вызывал всеобщую неприязнь и сам продюсировал большие противостояния – против Регбиста, Пулеметчика и Чоршанбе. Еще до дебюта в Hardcore Тимур должен был выступить на Top Dog, но накануне ему отказали без объяснения причин. Заурядный для мира боев случай стал началом разнузданного трештока: Никулин назвал Регбиста «вонючкой ебáной»[267] и прямо в студии Hardcore сжег собачью голову из папье-маше, которая, видимо, символизировала Top Dog. Регбист, который бесился от куда более безобидных слов Тарасова, к нападкам Тимура отнесся спокойно и с улыбкой называл его «самым большим своим фанатом». Возможно, потому что видел в нем более юную версию себя.

Благодаря конференциям звездой стал и сам Сульянов с его поставленным дикторским голосом, белозубой улыбкой и коронными фразочками: «едем дальше!», «братцы, на уважении!» и «ну что, братец, готов выскочить?». Анатолий разрешал споры, задавал вопросы и мог оставаться каменно-серьезным даже при самых нелепых перепалках. А еще – придавать важности происходящему. Несмотря на агрессивность контента Hardcore, Сульянов говорил о взаимном уважении и пропаганде спорта, рекламировал благотворительные проекты, радовался, когда бойцы мирятся после конфликтов, и подчеркивал, что зрители никогда не услышат здесь политических лозунгов.

Пресс-конференции «на диванах» вскоре появились в большинстве промоушенов, а самые большие звезды индустрии ходили по пресс-конференциям разных организаций. Причем такие активности с лещами, ударами ногами и порванными футболками тогда вряд ли были возможны, например, в США, где за нападения с кулаками и массовые драки на предбоевых мероприятиях атлетические комиссии наказывают большими штрафами и дисквалификацией.