Мясорубка. Как Россия полюбила кровавый спорт

В 2020‐м самой скандальной звездой ютуб-конференций был Чоршанбе Чоршанбиев, но вскоре у него появился достойный антагонист. 24-летний боец ММА Мохаммад «Персидский Дагестанец» Хейбати засветился в медиаполе еще в 2019 году. Перс был многократным чемпионом Ирана по кикбоксингу и ушу Саньда. Старший брат и его менеджер Али отправил Перса учиться и тренироваться в Дагестан, чтобы он в перспективе двигался в UFC. Али, инженер, тогда проживавший в Германии, стал мозгом проекта[268]. Трешток уже был в моде, и Перс, который тогда едва знал русский, на камеру по бумажке зачитывал написанные братом оскорбления в адрес знаменитых российских бойцов. Петра Яна он назвал «китайцем», Александра Шлеменко – «хохлом». Оскорбления разносились по соцсетям и действительно делали его известным. Перс стал завсегдатаем «диванных» пресс-конференций и быстро довел жанр до абсурда. Его коронным трюком стали издевательские подарки. Акабу он подарил крысу, Чоршанбе – мазь и свечи от геморроя со словами «у него очко болит». Во время их перепалки с Тимуром Никулиным в студию Hardcore внесли гроб, откуда Перс достал памперсы для потенциального оппонента.

Конфликт Чорша и Перса начался с перепалки в соцсетях и в первые пару лет поп-ММА и кулачки стал для массовой аудитории воплощением самого явления. Али Хейбати позже в интервью Светлане Сульяновой (сестре Анатолия) признавал, что изначально идея их боя исходила от AMC Fight Nights (оба бойца были там на контракте), но они с братом постарались на нем максимально хайпануть[269]. Если противостояние Регбист – Тарасов показало общую схему, то есть что делать, чтобы засветиться, то Чоршанбе с Персидским Дагестанцем заложили канон как это делать – с криками, запредельным уровнем вспыльчивости и массовыми драками.

Любопытно, что оба были профессионалами, но стали развивать карьеры через ютуб-площадки. Чорш и Перс появлялись на «Нашем Деле», Hardcore и у Асхаба Тамаева. Чаще всего встречи заканчивались драками, в которые регулярно вступали друзья бойцов. Их столкновение на «Нашем Деле» перешло в драку между Персом (он был с тремя друзьями) и командой Чоршанбе (вместе с Чоршанбе и менеджером их было 27 человек)[270]. В результате один друг Перса попал в больницу, а Чорш укусил самого Хейбати за ухо[271]. Основателю «Нашего Дела» Артуру Арутюняну пришлось уводить Перса и практически закрывать его собой от толпы.

Ненависть между Чоршем и Персом, похоже, довольно быстро стала настоящей, но часть конфликтов на Hardcore и других промоушенах обвиняли в постановочности и заранее прописанных сценариях. Сам Сульянов говорил, что ни разу не давал бойцу задание устраивать конфликт, но признавал, что он и команда на первом гран-при помогали участникам продумывать образы. Несколько человек, близких к Hardcore, подтверждали мне, что муляж собачьей головы и гроб помогли организовать продюсеры, но отрицают наличие прописанных детальных сценариев.

Стратегия скорее состояла в том, чтобы помещать в одно пространство двух людей, которые друг друга ненавидят и точно подерутся. Нередко им давали охрану, чтобы они не подрались до съемок. «Это реально люди, у которых конфликты, они просто бешеные, – говорит бывшая сотрудница Hardcore Ольга Баранова. – Когда с бойцами рекламные интеграции снимаешь, они не могут ничего запомнить. Они сценарий точно не выучат. Их можно только попросить поагрессивнее общаться, что-то раскачать, но их никто не просит драться. Это и так люди, которые постоянно ругаются. А если двух таких берешь, то все: вот тебе конфликт».

Нередко, чтобы хайпануть, конфликты между собой разыгрывали сами бойцы, но поскольку речь шла о горячих ребятах, иногда грань между наигранностью и реальностью быстро стиралась. Еще одна проблема трештока заключалась в его границах и в том, как по-разному их воспринимают люди. Чтобы зацепить оппонента по-настоящему, надо задеть за живое, а значит подойти к границам или пересечь их, как делал Конор с Хабибом. Иногда грань переходили под влиянием эмоций. Иногда условные «шоумены» могли наткнуться на людей, чьи культурные коды не предполагают легкого прощения обид. А порой конфликты быстро перетекали в реальность – как у Чоршанбе с Тимуром Никулиным.

После реплик Тимура на конференции, что Чорш «никто», «не отвечает за язык» и вообще «не на того ты газуешь, деточка», памирец ответил ударом с ноги. Когда после коллективной потасовки Чорша оттащили, он кричал «я твою маму выебу нахуй», нарушая негласное правило трештока не задевать национальность, религию и семью. Вскоре Никулин приехал в зал Чоршанбе, чтобы решить конфликт, и оба вышли на ринг без перчаток. Даже попавшись на удушающий, Никулин не сдался, но Чоршанбиев продолжал душить уснувшего оппонента. А когда оттащили – пнул лежащего Тимура ногой по голове. Писать заявление никто, разумеется, не стал.

Под капотом Hardcore