Михаил Иванович Калинин – президент Страны Советов

В то же время Калинин признавал, что на тот момент выделить в качестве «главного» или разделить по степени «важности» упомянутые им «органы» почти невозможна. Поскольку именно их тесное единство и постоянное взаимодействие были основой успехов в социалистическом строительстве. «У нас, — говорил он, — коллективное руководство, коллективное творчество». И если, как считал предВЦИК, лидерство и первенство Ленина неоспоримы, то все остальные «партийные и государственные товарищи» в равной мере профессионально, настойчиво, по-партийному должны выполнять возложенные на них обязанности ради едино понимаемых общих целей. Ему казалось, что проблема разделения сфер влияния между партийными и государственными органами найдет свое разрешение с завершением Гражданской войны, но скорее всего, с победой социалистических революций хотя бы в ряде крупнейших стран[225].

Плакат «Высшая власть Российской Советской Республики»

1923

[Из открытых источников]

Таковы были скорее умозрительные, чем практически обоснованные размышления М. И. Калинина. Тогда как партийная жизнь в целом, взаимоотношения партийных лидеров между собой и политика партии в отношении государства развивались совсем не в мирном контексте.

С декабря 1921 г. Ленин дважды брал отпуск по болезни. Головные боли, слабость, переутомление существенно снизили трудоспособность предсовнаркома. Во время его участившихся отлучек в реальный высший орган республики постепенно превращался не Совнарком, как, казалось бы, даже просто из логических предположений должно было быть, а Политбюро ЦК РКП(б). Но Политбюро — все же пока еще коллегия: Ленин, Троцкий, Зиновьев, Каменев, Сталин. У них — три заместителя: Молотов, Калинин, Бухарин. Решения, принимаемые по обсуждавшимся вопросам, должны были опираться на большинство: как минимум иметь три голоса членов Политбюро. Оно необходимо было даже чисто практически, чтобы не увязнуть в бесплодных, нудных и долгих дискуссиях. Каменев, Зиновьев и Сталин на тот момент «нашли» друг друга и составили действующий триумвират.

Одновременно в 1921–1922 гг. серьезную силу набирал Троцкий, член Политбюро и председатель Реввоенсовета. Будучи прекрасным оратором и амбициозным политиком, он имел большую популярность в Красной армии. К тому же Ленин не скрывал, что считает его «самым способным человеком в настоящем ЦК», во многом поддерживал его и хотел бы видеть в качестве своего заместителя, а, учитывая болезнь предсовнаркома, фактически руководителя Совнаркома. Но у «тройки» отношение к Троцкому было резко отрицательным, и, конечно, свое единство они видели в качестве надежного заслона политическому росту Троцкого. Ленин осознавал, чем чревата для него возникшая коллизия противостояния «тройки» и Троцкого, по существу, лишавшая его возможности продвигать в Политбюро свои предложения.

В начале 1922 г., в связи с обострившейся болезнью Ленина, подготовка XI съезда РКП(б), намеченного на 27 марта — 2 апреля, была поручена Каменеву и Сталину. Ленин мог убедиться, что, собственно, «тройка» может «обойтись» и без него. Что-то следовало предпринять, и Ильич инициировал на пленуме 3 апреля 1922 г. вопрос о «секретарях ЦК»[226]. Ими были избраны Сталин, Молотов и Куйбышев. Затем из этих трех «генеральным секретарем» был назначен Сталин[227]. Мыслилось, что секретари не будут вести «никакой работы, кроме, действительно, принципиально руководящей», что предполагало более частые и продолжительные заседания Секретариата. К тому же генерального секретаря надлежало освободить от «советской работы», т. е. от руководства Наркомнацем и Рабкрином и возложить на него общее руководство аппаратом ЦК, в том числе и такие обязанности, как формирование повесток заседаний Политбюро, решение кадровых вопросов. Одновременно, вопреки резолюции VIII съезда РКП(б), состав Политбюро увеличился с пяти до семи членов. Причем шестым и седьмым членами стали два рядовых члена ЦК — А. И. Рыков и М. П. Томский, в обход так и оставшимися кандидатами Молотова, Калинина и Бухарина. Цель, как кажется, очевидна: уравновесить один триумвират во главе со Сталиным, другим, который, как казалось Ленину, будет, безусловно, за ним, и таким образом он получал возможность бороться в Политбюро с кажущимися ему неверными шагами и проводить свою линию. Ожидал он и определенных трений между Сталиным и «простыми» секретарями, которые непременно, как ему казалось, за поддержкой будут обращаться к нему, и он сможет контролировать Политбюро[228].

Постановление пленума ЦК РКП(б) о «конструировании ЦК» и избрании И. В. Сталина генеральным секретарем

3 апреля 1922

[РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 2. Д. 78. Л. 6–6 об.]

В. И. Ленин и И. В. Сталин в Горках

Июль — август 1922