«Митьки» и искусство постмодернистского протеста в России

ГЛАВА 3ОГНЕННАЯ ВОДА: АЛКОГОЛИЗМ И РЕАБИЛИТАЦИЯ «МИТЬКОВ» В САНКТ-ПЕТЕРБУРГЕ

Алкоголик — это человек, пьянство которого вызывает проблемы у него, в семье, на работе и так далее. Понимаете, необязательно он деклассированный элемент. Это очень сложно вот понять, что у тебя проблемы.

Дмитрий Шагин в программе «Общее дело» (7 июня 2009 года)

Я никогда не сожалел о своих наркотических опытах.

Уильям Берроуз. Джанки[195]

Многие произведения русской литературы, затрагивающие тему алкоголизма, проникнуты представлением о пьянстве как о коллективном или социальном опыте, даже если герой пьет в одиночку. Неудивительно поэтому, что весьма непохожие друг на друга литераторы и художники, принадлежавшие к «митьковскому» движению, во многом одинаково изображали (и оценивали) употребление спиртного. В конце 1980-х годов, когда «Митьки» получили широкую известность в ленинградских андеграундных кругах, группа уже славилась своим культом пьянства. Однако сама идея коллективного получает в творчестве «Митьков» чрезвычайно разнообразное и многоликое воплощение, так как каждый художник или писатель придает общим для всего движения проблемам и лейтмотивам черты собственного индивидуального стиля. Некоторые «митьки» сделали это внутригрупповое разнообразие темой своих текстов и картин, изображая личное тщеславие как некую хаотическую силу, подрывающую идиллическое единство изнутри. Своими разногласиями, проявившимися еще на раннем этапе существования движения, художники подчас напоминали стареющих участников рок-группы, которые постоянно спорят между собой. «Митьков» можно сравнить с недружной командой, объединенной лишь общим пристрастием к выпивке, которое постепенно превратилось в ядро групповой идентичности. Многие российские критики и искусствоведы даже объясняют спад популярности «Митьков» и относительное забвение их творчества в современной путинской России вступлением художников на путь трезвости. Утверждают также, что «митьковское» изображение алкоголизма и той роли, которую он сыграл в формировании их «диссидентствующей» субкультуры, стало одним из наиболее исчерпывающих описаний алкогольной или наркотической зависимости, какие знает русская литература, тем более живым и убедительным, что в тот период сами художники действительно предавались безудержному пьянству. В 2009 году в эфире передачи российского Первого канала «Проект „Общее дело“», посвященной проблеме алкоголизма, один из участников обсуждения, актер Вениамин Смехов, указав на присутствовавшего в студии Дмитрия Шагина, сказал, что благодаря своему алкогольному опыту «Митьки» «все руины соцреализма предали такой пленительной иронии»[196]. Тем самым Смехов как бы напомнил аудитории, что последствия бытового пьянства не всегда оказываются разрушительными. Безусловно, из самого предположения, что алкоголь способствует лучшему усвоению коллективного идеала, следует вывод о трагичности и недолговечности существовании такого коллектива. Как всякая патологическая аддикция, алкоголизм требует терапии, направленной на преодоление травмы и избавление от зависимости. В творчестве «Митьков» коллективное российское пьянство сублимируется в коллективный же отказ от алкоголя. Однако трезвость отнюдь не сводится к сублимации, процессу, который Фрейд рассматривал как канализирующее (и во многом трагическое) ослабление желания под влиянием цивилизации. Для «Митьков» трезвость явилась прежде всего способом переосмысления своего творчества. При этом наблюдался заметный отход от литературы в сторону изобразительного искусства.