Молли хотела больше любви. Дневник одного открытого брака

– Ты права, – соглашается он. – В следующий раз идем в новое место. Я все равно хотел, чтобы ты пошла со мной.

– Правда? – спрашиваю я, оживляясь. – Куда?

Он обхватывает меня рукой за плечи, притягивает к себе и шепчет на ухо:

– В секс-клуб…

Я выворачиваюсь из-под его руки и останавливаюсь.

– Подожди секунду. Я рассказывала тебе, как мы со Стюартом ходили в Le Trapeze. И я не собираюсь возвращаться в подобные места.

– Расслабься, – устало протягивает он. – Это совсем другое место. Клуб Bowery Bliss. Обещаю, тебе понравится.

Придя домой, я расплачиваюсь с няней и сразу же иду к компьютеру. Набираю в строке поиска название клуба, и на экране появляется опубликованная в 2013 году статья из Time Out New York – навигатора по местам города. И написано там следующее:

Я полагаю, что существует множество веских причин, по которым вам никогда не стоит посещать свингер-клубы. И открытие Bowery Bliss – многоуровневого сексплораториума площадью почти 400 квадратных метров на стыке Нижнего Ист-Сайда, Чайнатауна и Нолиты – не с самым удачным расположением – точно не стоит вашего внимания.

Чем больше я читаю, тем сильнее пробуждается мой посттравматический синдром от посещения клуба со Стю. И совсем не важно, говорила ли я тогда, что мне это нравится. Не имеет значения, что в итоге я ходила туда дважды. Посещение Le Trapeze пришлось мне не по вкусу, и Bowery Bliss, несмотря на его модное расположение, едва ли кажется лучше.

Я решаю разобраться с этой ситуацией на берегу. Забравшись в постель, я отправляю Лорану сообщение:

Я просмотрела информацию о Bowery Bliss. Извини, но групповой секс не для меня. Может, хоть раз сходим просто в хороший отель?

Лоран присылает в ответ один эмодзи: обиженное лицо.

Я видела это выражение раньше. Вживую. В тот момент, когда Лоран отговаривал меня использовать презерватив. Он жаловался на дискомфорт и говорил, что это все равно что заниматься сексом в резиновой перчатке. Убеждал, что ему важно все чувствовать, чтобы испытать оргазм. А потом я со стыдом думаю о том, как я в конце концов сдалась и как рационализировала свой выбор. Тогда я подумала: «Он ведь все равно снимет презерватив. А я принимаю таблетки. Я попрошу его кончать в меня только при анальном сексе (я пришла к этому виду получения удовольствия несколько месяцев назад). И я буду продолжать сдавать анализы на венерические заболевания».

И вот теперь Лоран снова просит меня уступить. Отказаться от давно принятого решения: никогда больше не ходить в подобные места.

Хотелось бы, чтобы Стюарт был здесь. Я не могу вспомнить, на свидании он сегодня, или работает допоздна, или отправился в бар с друзьями. Мне бы хотелось обсудить с ним сложившуюся ситуацию и спросить, что мне делать. Но тут откуда-то из недр моей души поднимается уверенность. Мне не нужен совет Стю. Я не пойду ни в какой новый секс-клуб. Я не буду этого делать.

Словно прочитав мои мысли, Лоран присылает сообщение: «Только один раз. Я обещаю».

«Прости, Лоран. (А почему я вообще извиняюсь?) Мое решение окончательно. Никаких секс-клубов», – набираю я в ответ.

Я жду, пока три маленькие точки превратятся в новое сообщение.

«Значит, мое удовольствие для тебя не важно?» – пишет он. И присылает еще одно «обиженное лицо». И вдруг что-то внутри меня щелкает.

«Какого хрена?! Все, что я делаю, я делаю ради твоего удовольствия! Перестань быть таким незрелым засранцем!» – взрываюсь я.

Мое сердце стучит где-то в районе горла, пока три точки на экране мигают целую вечность.

«Очень хорошо. Наверное, мне пора искать другую пуговку».

Какое-то время я тупо смотрю на его последнее сообщение. В памяти всплывает диалог с нашего первого свидания. Когда я вскользь спросила о его жене и известно ли ей о его похождениях, он уклонился от ответа. Вместо этого Лоран рассказал мне то, что часто повторяла ему мама-аргентинка: «Женщины – как пуговицы. Если потеряешь одну, всегда можно найти другую». Почему я тогда не вскочила и не убежала прочь?!