Молли хотела больше любви. Дневник одного открытого брака

Мне удается выдавить из себя смешок. Конечно же, он шутит. И я решаю сменить тему:

– Увидимся в пятницу?

– С нетерпением жду.

* * *

В пятницу я была у Карла. И в воскресенье после обеда. И еще раз во вторник вечером. Карл знакомит меня с новым вином (Думаю, тебе понравится терпкий «Грюнер»), новой музыкой (Ты не знаешь группу First Aid Kit? Они из Швеции. Очень необычные) и новыми способами получения удовольствия от секса.

Карл – нежный любовник, и его поведение не похоже на проявление доминирования Лео, Лорана и Стюарта. Я всегда считала, что мне нужен мужчина, который все контролирует. Со Стюартом мне почти не приходится думать, и бо́льшую часть времени я наслаждаюсь своей покорной ролью в нашем союзе. Стюарт точно знает, что именно мне нравится. Он чувствует, насколько сильно нужно меня сжимать в объятиях и поддерживать, чтобы мне не было больно, но я могла испытать полноценный оргазм. Снова и снова испытывать это наслаждение. Стю не раз объяснял мне, что для того, чтобы наш секс продолжался часами, он должен прибегать к самоконтролю. И порой, когда ему нужно сбросить напряжение, он может выкрикнуть крепкое словцо, например «дрянь» и «шлюха».

– Клянусь, я делаю это не специально. Это просто вырывается наружу, – не раз повторял он мне, когда я жаловалась, что его высказывания отвлекают от происходящего.

Со временем мы пришли к компромиссу, который не совсем удовлетворяет нас обоих: он будет стараться изо всех сил не кричать «дрянь» во время секса, а я буду изо всех сил молча игнорировать этот момент, если он сорвется. Но я никогда не осознавала, что мне нужно не отсутствие пошлости, а присутствие в сексе чего-то другого. Поэтому, когда Карл прошептал мне на ухо «Чего ты хочешь?», я удивилась тому, насколько непосредственным был мой ответ:

– Я хочу, чтобы ты назвал меня хорошей девочкой.

И после этого секс с Карлом становится своего рода аффирмацией, действующей на меня на телесном и душевном уровнях.

– Ты такая хорошая девочка, Молли, – воркует он со своим милым немецким акцентом. Он доводит меня до оргазма своими губами, пальцами, членом и техниками, построенными на их комбинировании. Достигая пика наслаждения, я почти всегда плачу. Иногда Карл тоже плачет.

* * *

Несколько недель спустя на терапии для пар Эвелин после приветствия задает вопрос:

– Как обстоят ваши дела?

– Все замечательно, – сразу отвечаю я. – Думаю, мы оба очень счастливы.

– Я рада это слышать, – с улыбкой говорит Эвелин. – Как вы думаете, что к этому привело?

– Ну мы оба сейчас встречаемся с другими людьми, и все идет хорошо, так что, я думаю, это способствует улучшению ситуации, – я бросаю взгляд на Стюарта и с удивлением замечаю, что он уставился на свои руки, лежащие на коленях. – Ты так не считаешь?

– Наверное, да, – отвечает муж. – Но это больше похоже на то, что у меня все хорошо и у тебя все хорошо. Но я не чувствую, что у нас все хорошо.

– Этого не может быть! – восклицаю я.

– Молли, – мягко говорит Эвелин. – Помните, что чувства – это не факты. Позвольте Стюарту закончить. Стюарт, как бы вы охарактеризовали ваши отношения с Молли в последнее время?

– Трудно сказать, – говорит Стю. – Этот парень, с которым она встречается, Карл. Он живет неподалеку, и мне кажется, что она постоянно бегает к нему. А когда она не там, то Молли переписывается с ним или говорит о нем. Я знаю, что она счастлива, что нашла человека, который ей нравится. Но я чувствую, что, когда она рядом со мной, ее будто бы нет. Как это было прошлой ночью.

Его голос срывается, и он снова опускает взгляд на свои руки. Ошеломленная этим заявлением, я молча смотрю на мужа. Я хмурюсь и пытаюсь сообразить, о чем он мог говорить. Эвелин замечает мое напряжение.

– Стюарт, могли бы вы рассказать Молли, что именно произошло? Объяснить, из-за чего вы почувствовали, что она не с вами?

Он выдыхает и крепко прижимает руки к бедрам, словно пытается себя заставить не сжимать ладони в кулаки.

– Помнишь воскресенье? Когда ты готовила ужин, дети играли в видеоигры, а я работал в гостиной?

Я молча киваю, все еще озадаченная его словами.

– Помню, я подумал, как хорошо, что мы все дома, – продолжает он. – А потом я зашел на кухню, чтобы взять что-нибудь попить, и увидел твой телефон. Я не собирался подсматривать, просто взглянул на него. И увидел сообщение, которое ты отправила Карлу.

Я смотрю на лицо Стюарта, но он старается не встречаться со мной взглядом. На его губах застыла кривая улыбка. Он так делает, когда пытается скрыть свою уязвимость, спрятать чувства и ранимую душу, которую редко показывает.

– Молли, вы понимаете, о чем идет речь? – уточняет Эвелин.

Я снова киваю, и волна стыда накрывает меня с головой. Я сглатываю и буквально заставляю себя говорить:

– Я написала что-то вроде того, что хотела бы сбежать и приехать прямо сейчас.

Стюарт снова шумно выдыхает.

– Вот это то самое слово. Сбежать. Оно заставило меня почувствовать… Я не знаю…