Молли хотела больше любви. Дневник одного открытого брака

– Ее дети ходили по этой тропе? – уточняю я, глядя на дорогу впереди, которая круто уходит вверх. – А разве младшему не пять лет?

– Ага, – с усмешкой подтверждает муж. – Они довольно активная семья. Наверное, это всё их новозеландские гены.

– Не иначе, – отвечаю я, хмыкнув. И почему эта информация так сильно меня раздражает? Возможно, узнав это, я теперь чувствую себя ужасной матерью? Я воспитываю своих детей в бетонных джунглях и позволяю им часами напролет играть в видеоигры. Кроме того, я злюсь на себя. И как моя ревность могла испортить такой прекрасный момент единения с величием природы? Что, черт возьми, случилось с моим залатанным ведром? Пока я борюсь с собой, Стюарт принимает мое молчание за немое приглашение к продолжению разговора.

– Я когда-нибудь рассказывал тебе о том, как Киви ударила Эвана по лицу? – спрашивает он, и я слышу, как он смеется. Чувствую, как мое тело напрягается, но я молчу. – Это было несколько лет назад, когда они только пришли к открытому формату брака. Киви сходила уже на сотни свиданий до того, как Эван нашел ту женщину, которая ему понравилась. И вот он наконец пошел с ней на свидание, конечно, с полного одобрения Киви, а как только вернулся домой, она ударила его. Четким ударом прямо в лицо. Она чуть не сломала ему нос.

Я останавливаюсь так внезапно, что Стюарт наступает мне на пятку ботинка. Развернувшись, я испытываю не меньшее искушение ударить по лицу его.

– И какого хрена ты мне это рассказываешь? – Я злобно выплевываю вопрос ему в лицо. – Почему гнев Киви так чертовски забавен, а мой гнев – это то, о чем я никогда не должна даже заикаться?!

Я наблюдаю, как у Стюарта меняется выражение лица с искреннего удивления на что-то неопределимое для меня. Как будто он только что решил головоломку, над которой бился годами. Он замирает на месте.

– Мы постоянно говорим о твоем гневе, Молли, – отвечает он. – На самом деле я не могу вспомнить, когда в последний раз мы разговаривали и ты не злилась или я не переживал, что разозлю тебя. И как только я ослабил бдительность… – Он замолкает на полуфразе и, обойдя меня по дуге, уходит вперед. Листья и ветки под его ногами хрустят и щелкают, как петарды.

– И это все?! – кричу я ему вслед. – Мы закончили разговор? И ты собираешься просто бросить меня одну в лесу?

– Да, черт подери, мы закончили! – кричит он, но перестает идти и прислоняется рукой к стволу дерева. Какое-то время он стоял молча, а когда снова заговорил, каждое слово давалось ему с трудом: – Мне кажется, ты хочешь на меня злиться. Каждый разговор с тобой – минное поле. Ты словно ждешь, когда я затрону какую-то запретную тему, но я никогда не знаю, что именно спровоцирует взрыв. Я устал, Молли. Я больше так не могу.

– Так ты хочешь закрытый брак? – спрашиваю я, расставляя следующую ловушку.

– Ты же знаешь, что я этого не хочу, – отвечает он. Я молча праздную эту победу. – А ты, возможно, сегодня этого хочешь, но признай: если бы Карл все еще был в твоей жизни, у нас бы не было подобного разговора. И если завтра ты встретишь кого-то нового, тогда мы не станем это обсуждать.

Я рассматриваю гриб, растущий из поваленного дерева, чтобы не признавать правдивости его слов.

– И знаешь, в чем ирония? – спрашивает Стюарт. Кажется, что он разговаривает сам с собой, поэтому я не решаюсь ответить. Но я поднимаю на него свой взгляд. – Киви считает тебя потрясающей. Я ведь только что рассказал тебе историю о том, как она ударила Эвана. И знаешь что? Она рассказала мне об этом, когда мы говорили о тебе. Я рассказал ей, что у тебя сейчас перерыв в отношениях, но ты все равно разрешаешь мне ходить на свидания и встречаться с женщинами – и это потрясающе, Молли. И я не принимаю это как должное. И Киви сказала, что она восхищается тобой за то, что у тебя есть силы так поступать. Что ты можешь дать мне то, что сделает меня счастливым, даже если тебе при этом нелегко. И я благодарен тебе за это. Правда.

Я снова смотрю на гриб, обдумывая его слова. Я действительно поставила Стю ультиматум по поводу консультаций для пар, но я никогда не требовала, чтобы статус нашего брака изменился. Я несколько раз размышляла об этом на терапии с Митчеллом, но всегда приходила к одному и тому же выводу: я знаю, что Стюарт будет счастливее именно при таком раскладе. И в глубине души я также понимаю, что это хорошо и для меня, независимо от того, встречаюсь я с кем-то или нет. Я учусь быть ответственной за свое собственное счастье. На мгновение я представляю свое ведро и мысленно заделываю небольшую пробоину, образовавшуюся на дне.

– Не за что, – отвечаю я. – Извини за мины.

– Все в порядке, – говорит он. – А они еще есть там впереди? – уточняет он, кивком головы показывая в сторону тропинки.

– Хотела бы я знать, – честно признаюсь я. Он взваливает рюкзак на спину и жестом показывает, чтобы я снова шла первой. – И еще кое-что. Обещаешь, что не будешь злиться?

– Не буду, – отвечает муж, прищурив глаза.

– Можешь снова достать мою бутылку с водой?

Стю застонал, в очередной раз снимая со спины рюкзак.