Молли хотела больше любви. Дневник одного открытого брака

Молли, это снова Скотт. Я чувствую себя таким идиотом, когда пишу тебе третий раз подряд. Думаю, я просто удалю свой аккаунт, если не получу от тебя ответа. Не подумай, я не давлю на тебя. Ничего такого. Я просто хотел объяснить все на случай, если ты в ближайшее время не увидишь сообщений, а потом напишешь мне и подумаешь, что это я тебя игнорирую. Готов поклясться, я не псих. На самом деле я в целом хороший парень. Во всяком случае, так говорят мои друзья. Но они все 25-летние засранцы, так что кто знает, как оно на самом деле.

Я прыскаю смехом и качаю головой. Да кто он вообще такой? Даже если это просто розыгрыш, то его нелепое исполнение добавляет ему шарма. Я решаю написать ответ.

Скотт!! Давай без необдуманных шагов! Сейчас я занята, но вечером внимательно посмотрю твой профиль. Джерси однозначно минус. А еще, тебе же 43, да? Что это за 25-летние друзья?

Я нажимаю «Отправить» и захожу в зал. Шторм и Техас машут мне в знак приветствия. Наматывая на руки свои бинты, я направляюсь прямиком к ним. Я готова к любым ударам.

Глава 15

В субботу я планирую встретиться со Скоттом в крутом музыкальном магазине и клубе Rough Trade, о существовании которого я даже не подозревала. Он собирается пойти туда с друзьями на выступление панк-группы Beach Slang.

«Вот почему мои друзья намного моложе меня, – объясняет он в одном из сообщений. – Они единственные, кто разделяет мои музыкальные вкусы».

Поскольку Скотт живет в Джерси и нечасто бывает в Бруклине, я сказала ему, что загляну на концерт.

«Но это не считается „настоящим” свиданием», – добавила я в следующем сообщении. Я стараюсь не торопить события, не прыгать сразу в омут с головой.

«Я понимаю, – отвечает он. – К тому же я полагаю, что Beach Slang – музыка не твоего формата. Ха-ха».

Но кроме того, он хочет знать все о моей музыке. Что я люблю слушать? Какие песни я играю на гитаре? Как звучит мой голос? За день до нашей встречи я записываю аудиосообщение, как играю на гитаре и пою, и отправляю ему.

«Твой голос пробрал меня до слез», – вскоре написал он.

В такси по дороге в Rough Trade я пересматриваю свое мнение по поводу Скотта. Мне неприятно это признавать, но те вещи, которые вызывают у меня опасения, в то же время волнуют меня больше всего. Скотт общается с людьми моложе себя. Раньше он был барабанщиком. С тех пор как у них с женой родились дети, его ударная установка пылится на складе. Но за последние годы он играл в нескольких разных группах. Он курит, возможно, злоупотребляет алкоголем и ненавидит свою работу. Он «плохой парень», но, похоже, милый и с душой нараспашку.

Когда я выхожу из машины, то вижу Скотта, стоящего перед клубом. Его волосы выкрашены в угольно-черный цвет и зачесаны вперед на лоб. Фланелевая рубашка распахнута, под ней виднеется потрепанная концертная футболка. Он бросает сигарету на тротуар и тушит ее каблуком ботинка. Я чувствую, как по телу пробегает дрожь, когда я встречаюсь взглядом с его сонными, печальными глазами голубого цвета.

– Молли? – спрашивает он, направляясь ко мне. Его голос на октаву глубже, чем я ожидала, полнозвучный и сексуальный. – Боже мой. Ты такая красивая.

Внутреннее покалывание усиливается, и новая волна мурашек пробегает по телу. И вот он стоит прямо передо мной. Похоже, в анкете он добавил себе пару лишних сантиметров, как это часто делают мужчины невысокого роста, но Скотт все равно сантиметра на три выше меня.

– Привет, Скотт.

То, с каким восхищением он смотрит на меня, опьяняет, но в то же время заставляет меня смутиться.

– Хочешь куда-нибудь сходить? Поговорить? – спрашивает он и берет меня за руку.

– А ты не хочешь посмотреть выступление? – уточняю я, тупо уставившись на свою ладонь в его. Честно говоря, я чувствую облегчение оттого, что мне не придется знакомиться с его друзьями, 25-летними парнями из Джерси. Я уверена, что мы бы с ними не поладили и они не дали бы мне возможности изменить свое мнение в отношении Скотта. То, как он смотрит на меня, уже похоже на наркотик, который мне необходим, чтобы полноценно функционировать.