Мотыльки, порхающие над пламенем

Чтобы долго не ждать, опять приготовили картошку на углях. Хлеба, что Глафира дала, на обед хватило. Надо было уже самим замешивать тесто, а кашу поставили в печь, она только к ужину будет готова. А расстроенные ребятишки так устали, что пошли к себе в спальню и уснули. Только к ужину проснулись. Поели кашу и опять спать. Дети спали, отец думал: "Ну вот, кажется, я им доказал, что трудиться необходимо. Но разве мне только этого надо. Мне очень хочется, чтобы они не как на каторге работали, а с радостью, чтобы получали удовольствие от самого труда. Как это сделать?

На следующий день совместным трудом все было сделано. И сами поели и к обеду в печь чугунки поставили, и кур, и корову накормили, и в доме убрались. Пошли в огороде землю копать. Работали нехотя, уныло, но старались. Устали. Когда пришли обедать, нехотя ковыряли ложками, до того устали. А отец в это время был бодрым и веселым:

– Эх вы! А знаете почему я после работы весёлый, а вы унылые и усталые?

– Нет, не знаем.

– А потому, что я люблю работать, а вы нет. Когда я работаю, я думаю о том, какие хорошие овощи у меня вырастут, когда я их посажу в эту землю. Мне радостно от того, что солнышко светит, что небо надо мной голубое, что подо мной такая пахучая земля. А от работы кровь в моих жилах бежит быстрее и я становлюсь сильнее и здоровее, в это время я не старею, а молодею. И я счастлив. А вы во время работы только и думаете, когда же я вскопаю эту проклятую грядку. Я копаю, копаю, а она не кончается. От этих мыслей у вас кровь не бежит по жилам, а еле двигается, а потому вы унылые, несчастные и быстрее состаритесь.

Последнее слово ребят явно испугало. Настя даже к зеркалу подбежала, на себя посмотрела. Вроде бы ещё не состарилась. Успокоилась, а про себя подумала: "А что если попробовать работать так, как батя говорит."

Не сразу ребята научились весело работать, но старались. Отец проверял их работу, хвалил за успехи:

– Ну, молодцы, вот это работа!

А потом очень дружелюбно подсказывал, что не так. И ребятишки с каждым разом чувствовали себя более счастливыми. Аппетит прекрасный, сон крепкий. После обеда, их уже работать не заставляли. Убегали из дома и с соседскими ребятами играли.

А отцу опять задача: как землю под картошку и зерновые вспахать. Лошадь в прошлом году пала. А на новую – денег нет. Есть у него бриллианты. Это те, во что слёзы Настеньки превратились, когда прощалась со своей умирающей матерью. Но не хотелось ему ими пользоваться. Ведь это драгоценности, которыми мать одарила свою дочку, желая ей счастья. А ещё причина, по которой не хотел эти бриллианты в дело пустить, опасался, что, может быть и сам ювелир натравит кого-нибудь, или проболтается, что вот у этого мужика бриллиантов много, придут грабители и расправятся с семьей. Нет, не хотел осторожный крестьянин рисковать. Было у него немного денег от продажи пушнины. Подсчитал, может, найдёт лошадь в аренду, чтобы вспахать под картошку и зерновые. За деньги всё можно найти. Вспахал свой надел. Картошку дети помогали посадить, поле сам засеял. Самый трудный год. Всё впервые. Осенью собрали урожай, часть на ярмарке продали и на зиму себе хватило. На радостях детям подарки купил: ну, Настя, конечно, самую лучшую куклу себе выбрала, а Никита саблю, ружьё и коня деревянного пожелал. Всё хорошо, только Никитка отца своими вопросами замучил. Почему солнце всё время круглое, а луна то круглая, а то серпом? Почему, то ветер, а то нет его? Почему бывает лето, осень, зима, весна? Откуда дождь берётся? Кто на небе молнии и гром устраивает? Отец сам неграмотный. Охотничью науку он знал хорошо, дед, отец учили. Крестьянское дело тоже хорошо знал. А на эти вопросы только и знал один ответ: "Бог так устроил." А Никитка спрашивает: "А зачем?" Этот вопрос ставил крестьянина в тупик. И однажды он спросил Никиту:

– Хочешь учиться?

А тот в ответ:

– Очень хочу.

– Тогда устрою я тебя в школу, что при церкви. Читать и писать научишься, а потом сам будешь книжки читать. Может там и найдешь ответы на все твои вопросы.

Пошёл Никитка в школу. В первый же день, когда сел за уроки, к нему подсела Настенька.

– Никита, покажи, чему тебя в школе научили.

Никита показал свою тетрадь. Настя к отцу прибежала.

– Мне тоже дай тетрадь. Я тоже хочу учиться.

Девочек в школу не брали, большой науки не требовалось, чтобы печь истопить, щи да кашу сварить, а на остальное считалось, что у девочек способности нет. Но Настенька по своей детской наивности об этом не знала:

– Хочу учиться, и всё.

Дал ей отец тетрадь, думал, что скоро надоест ей все это, да не тут-то было: каждый день с Никитой все задания выполняла. Так и научилась читать и писать. И теперь, как только, отец едет в город, просит:

– Батя, книжку мне привези, пожалуйста.

Сначала сказки читала, рассказы для детей, потом повести и, наконец, романы. Однажды попросила отца купить ей книжку, которая научила бы её распознавать болезни и лечить их травами. Отец удивился:

– Зачем тебе это? У нас знахарка есть. В случае чего можно к ней обратиться.

А она в ответ: