Мустафа Кемаль Ататюрк – основатель новой Турции

Появление Кемаля без фески, со шляпой в руке перед толпами восторженных почитателей подписало смертный приговор феске. Направляясь в казарму, Кемаль облачился в маршальский мундир с единственной наградой – Медалью независимости. Он обратил внимание на плакат: «Один турок стоит десятка врагов. Вы верите в это?» – спросил он одного офицера. «Да, мой паша». – «Нет, это не так. Один турок стоит всего мира. Но турок должен быть цивилизованным. Вот феска, она украшена вышивкой. Всё это приносит деньги иностранцам. (Фески импортировались из Австрии. – А. В.) Мы должны стать цивилизованными людьми. Мы вынесли много страданий из-за того, что не понимали окружающий мир. Наши идеи и наш образ мышления должны быть полностью цивилизованными… Надо двигаться к прогрессу, он неизбежен. Нация должна понять, что цивилизация сжигает и уничтожает всех, кто игнорирует ее».

27 августа Кемаль произнес знаменитую «речь о шляпе». Вспомнив об отмене султаната и халифата и создании светского государства, он заявил: «Турецкий народ, создавший республику, – цивилизованный народ. Это историческая реальность». И обращаясь к толпе, где одни были в фесках, а другие в шляпах, Кемаль объяснил, как должен одеваться настоящий турок: «На ногах – ботинки или туфли, брюки, жилет, рубашка, галстук, и венчает всё это шляпа, защищающая нас от солнца». И продемонстрировал свою. Кемаль продолжал: «Те, кто выступает против шляпы, невежественны. Почему носить греческий головной убор феску можно, а носить шляпу – нет?… В деревнях и городах я вижу, что лица женщин, наших соратниц, полностью закрыты. Я уверен, что особенно в жаркое время года они от этого мучаются. Мы, мужчины, эгоисты. Но нам надо быть честными и внимательными к женщинам. Женщины чувствуют и мыслят, как и мы. Пусть они покажут свои лица миру и сами внимательно посмотрят на мир. Им нечего бояться».

После появления Кемаля в шляпе фески стали быстро исчезать. Но Кемаль тем не менее не питает иллюзий. Накануне своего возвращения в Анкару он обрушился с критикой на секты и братства дервишей как угрозу власти: «Мы знаем, что шейхи, дервиши и другие религиозные деятели – не сторонники республики. Цель реформ – превращение Турецкой Республики в современное общество. Те, кто не понимают этого, будут уничтожены».

В Стамбуле фески исчезли первыми. Здесь выстраивались очереди за шляпами. Но в Сивасе, Кайсери, Эрзуруме, Ризе, Мараше, Гиресуне, Самсуне и многих других городах Анатолии против шляп бурно протестовали: «Мы не хотим, чтобы наши чиновники были похожи на гяуров!»

Кемаль отвечал им: «Пусть в Бурсе будет столько же фабрик, сколько мечетей».

Некоторое время спустя, в 1926 году, были приняты действовавшие затем десятилетия два важнейших закона, утверждавших и защищавших светский путь Турции на уровне как гражданского, так и уголовного права.

Для современного европейца насильственная смена одного головного убора другим – это нечто комическое. Для мусульманина же это было делом большой важности и означало огромный психологический сдвиг. С помощью одежды турок-мусульманин отделял себя от гяуров-неверных. Феска в то время была самым распространенным головным убором мусульманина-горожанина. Вся остальная одежда могла быть европейской, но на голове оставался символ османского ислама – феска. Кемаль же с этим символом покончил, переведя турок в разряд европейцев.

Реакция на действия кемалистов в мире была довольно примечательной. Ректор университета Аль-Азхар и главный муфтий Египта писал: «Ясно, что мусульманин, который хочет походить на немусульманина, принимая его одежду, кончит тем, что воспримет немусульманские верования и действия. Поэтому тот, кто носит шляпу из склонности к религии другого и из презрения к своей собственной, является неверным… Разве не сумасшествие отказаться от своей национальной одежды, чтобы принимать одежду других народов?» Заявления такого рода цензура не разрешала публиковать в Турции, но многие турки, особенно в сельской местности, разделяли подобные взгляды.

Когда османские султаны в первой половине XIX века впервые стали проводить преобразования по европейскому образцу, они прежде всего облачили солдат в европейские мундиры, то есть в костюмы победителей, в чьей силе они убедились после многочисленных войн против австрийцев, русских и французов. Тогда и был введён вместо тюрбана головной убор, названный феской. Он настолько привился, что спустя столетие превратился в главную отличительную черту турка. Кемалем же был издан декрет, который требовал от чиновников носить костюм, «общий для всех цивилизованных наций мира». Сначала обычным гражданам позволялось одеваться, как они хотят, но затем фески полностью объявили вне закона. Кроме того, данная реформа имела и экономический подтекст, поскольку шить европейские костюмы разрешалось только из ткани турецкого производства, что стимулировало развитие текстильной промышленности.