Мустафа Кемаль Ататюрк – основатель новой Турции

Пока же с прибытием Энвера-паши в Москву усложнилась проблема представительства Турции в Советской России. Энвер начал было переписываться с Мустафой Кемалем, представляясь лидером Исламской революционной организации, но Кемаль вежливо ответил, что «панисламская агитация может напугать русских». Кемаль также ответил на письма, полученные от Талаата и Джемаля, поблагодарив их за предложение помощи, но настаивал, что, поскольку теперь действует законное правительство в Анкаре, им следует за рубежом поддержать его политику. Тем временем Энвер побывал в Баку на открывшемся 1 сентября 1920 года съезде народов Востока, но встречен там был неоднозначно. В состав турецкой делегации его не включили, и он представлял Союз революционных организаций Марокко, Алжира, Туниса, Триполи, Египта, Аравии и Индии. Члены турецкой Коммунистической партии, возглавляемые Мустафой Субхи, видя в Энвере своего опаснейшего конкурента, пытались сорвать его выступление, утверждая, что его должен судить Народный трибунал. Против него выступили и некоторые представители Азербайджана. Речь Энвера, в которой он постарался соединить ислам и коммунизм, понравилась далеко не всем делегатам. Конгресс в целом не достиг тех целей, которые ставили перед ним большевики. Большинство из 1500 делегатов вообще были неграмотны и представляли лишь мелкие, маловлиятельные группы. А делегаты из Средней Азии прямо говорили о том, как большевики расправляются с мусульманами. После выступления в Баку Энвер отправился в Берлин.

Между тем первая партия советского оружия и боеприпасов была доставлена в Трабзон в конце сентября 1920 года. В течение месяца было разгружено 3387 винтовок, 3623 ящика с боеприпасами и примерно 3000 штыков. В основном винтовки были трофейными германскими – такими же, какие состояли на вооружении турецкой армии в Первую мировую войну. Эти поставки советского оружия помогли кемалистам выиграть войну с Арменией.

Позднее, 7 ноября 1920 года, демонстрируя своё предпочтение Кемалю-паше, советское руководство открыло в Анкаре посольство РСФСР. Советская миссия насчитывала 24 человека и имела грузовой автомобиль с оборудованием для радиотелефонной связи. Ей был устроен радушный прием.

Идею территориальных уступок армянам Кемаль категорически отверг. Он заявил, что Турция не уступит Армении ни дюйма территории. С этим ответом Юсуф Кемаль только 14 декабря 1920 года с делегацией выехал в Россию через Баку. Только 18 февраля 1921 года они прибыли в Москву. К тому времени армянская армия была практически уничтожена турками, а Армения была советизирована. Правда, как раз 18 февраля дашнаки подняли восстание и захватили Ереван и ряд других армянских городов. Поводом к восстанию стало убийство большевиками более пятидесяти арестованных дашнакских военнопленных, в том числе известных полководцев Амазаспа Срвандзтяна и Горганяна. Однако к тому времени Красная армия уже выиграла советско-грузинскую войну и 25 февраля заняла Тбилиси (Тифлис), и подавление восстания в Армении не представляло для нее большого труда. 19 февраля новый посол Турции в Москве Али Фуад вручил Чичерину верительную грамоту, а советский посол Буди Мдивани в тот же день прибыл в Анкару.

26 февраля обновлённая турецкая делегация во главе с Юсуфом Кемалем возобновила переговоры в Москве. Тем временем 11 марта приветствуемые местным населением турецкие войска вошли в Батум. Но грузинские партизаны и остатки грузинских войск стали нападать на турок в селах Батумского региона. С другой стороны, Красная армия приближалась к Батуму и 20 марта вошла в город. Турецкий батальон, находившийся в городе, не оказал сопротивления, но тем не менее был интернирован и разоружен. До вечера 22 марта турецкий батальон в Батуме оставался задержанным. Затем оружие и вещи были возвращены туркам, а прибывший в Батум командующий 11-й Советской армией Анатолий Геккер выразил сожаление турецким представителям по поводу инцидента.

Эти события совпали с советско-турецкими переговорами в Москве, завершившимися 16 марта 1921 года заключением Договора о дружбе и братстве. В преамбуле Московского договора подчёркивалось, что оба правительства разделяют «принципы братства наций и право народов на самоопределение», отмечают существующую между ними «солидарность в борьбе против империализма». Стороны заявляли, что воодушевлены желанием «установить постоянные сердечные взаимоотношения и неразрывную искреннюю дружбу». Объявлялись отменёнными и утратившими силу все прежние договоры. Турция и Советская Россия обязались не допускать образования или пребывания на своей территории организаций или групп, претендующих на роль правительства другой страны или части ее территории. Важной составляющей московских переговоров была тема советской помощи Турции, которая уже начала практически осуществляться.