Читаем Мы – электрические. Новая наука об электроме тела полностью

Это были интересные наблюдения, но встроенными электродами нельзя было пользоваться в домашних условиях. Как и в случае первого водителя ритма Гимана, пациенты были привязаны к громоздкому аппарату – мощному источнику тока, от которого отходили провода с электродами[195]. Более того, не было проведено никаких масштабных клинических испытаний, доказывавших, что стимуляция конкретного участка мозга подходила для любого пациента, а не только для отдельных случаев. Единственным свидетельством того, что метод работает, были наблюдения хирургов, встраивавших электроды[196]. Однако под влиянием растущего интереса компания Medtronic начала адаптировать электростимуляторы таким образом, чтобы их можно было встраивать в головной мозг. Эти экспериментальные устройства под торговым названием DBS (Deep brain stimulation – “глубокая стимуляция мозга”) были отправлены в специализированные центры. Это все еще были единичные экземпляры. Но ситуация изменилась после того, как случай Джорджа заинтересовал Алима-Луи Бенаби из университетского госпиталя Гренобля, который подвел итоги[197].

Бенаби был одним из немногих психохирургов, все еще пытавшихся имплантировать электроды для идентификации соответствующих областей в головном мозге вместо того, чтобы прибегать к хирургическим методам. Его вдохновлял четкий и очевидный эффект, который он наблюдал в случае пациентов с болезнью Паркинсона: симптомы сглаживались еще в операционной комнате, прямо во время проведения процедуры. Когда Бенаби понял значение случая Джорджа, он приобрел у компании Medtronic несколько новых мозговых версий электростимуляторов и встроил их своим пациентам. Результат был впечатляющим. Остановка аномального неврологического сигнала из определенной части мозга приводила к прекращению тремора и позволяла людям вновь управлять конечностями по собственному желанию. Компания Medtronic наняла Бенаби для проведения расширенных испытаний. Теперь вместо случайных электрических разрядов с неубедительными восторженными отзывами врачей проводилось исследование больных с очень характерными симптомами, нацеленное на конкретные участки мозга и с воспроизводимым ответом на воздействие уже проверенного медицинского устройства.

Компания Medtronic изо всех сил искала способ расширить свой бизнес, связанный с производством электрокардиостимуляторов. Теперь благодаря работе Бенаби перед ней открывались новые возможности. В каждом последующем испытании обнаруживался один и тот же выраженный эффект: при пропускании тока через электроды, введенные в глубокие слои мозга, дрожь немедленно прекращалась. Люди, которые до процедуры не могли удержать в руках чашку с чаем, теперь уверенно заваривали целый чайник. В Евросоюзе имплантация электродов пациентам с болезнью Паркинсона была разрешена в 1998 году, а американское Управление по контролю за продуктами и лекарствами (FDA) одобрило этот метод в 2002 году. Один из врачей, начавших встраивать электроды своим пациентам, сказал, что метод “дарует им новую жизнь”. Электростимулятор проложил себе путь в мозг, и так родилось медицинское направление глубокой стимуляции мозга.

Более 160 тысяч таких “мозговых водителей ритма” было встроено людям с болезнью Паркинсона, эссенциальным тремором и дистонией для устранения мышечных спазмов[198]. По меркам нейрохирургии эта операция даже не представляет особой сложности. Сначала в черепной коробке высверливают два отверстия. Затем в участок мозга, ответственный за возникновение симптомов, встраивают два металлических электрода, по толщине сравнимых с сухими спагетти. Наконец, через голову и шею пропускают проводок до ключицы, где под кожей встроен предмет размером с секундомер. Это и есть водитель ритма. А после этого на протяжении нескольких недель специалист контролирует частоту и величину посылаемых импульсов, чтобы добиться устранения симптомов.

В масштабных клинических испытаниях с привлечением большого числа участников и с пониманием того, на какие области мозга следует воздействовать электричеством, хирургам удалось преодолеть влияние аномальных сигналов в поврежденных областях. На какие другие области мозга можно воздействовать таким же образом, расширяя сферу применения электростимуляторов? Многочисленные небольшие испытания продемонстрировали возможность применения метода в случае еще одного тяжелого заболевания.

Перейти на страницу:

Все книги серии Книжные проекты Дмитрия Зимина

Достаточно ли мы умны, чтобы судить об уме животных?
Достаточно ли мы умны, чтобы судить об уме животных?

В течение большей части прошедшего столетия наука была чрезмерно осторожна и скептична в отношении интеллекта животных. Исследователи поведения животных либо не задумывались об их интеллекте, либо отвергали само это понятие. Большинство обходило эту тему стороной. Но времена меняются. Не проходит и недели, как появляются новые сообщения о сложности познавательных процессов у животных, часто сопровождающиеся видеоматериалами в Интернете в качестве подтверждения.Какие способы коммуникации практикуют животные и есть ли у них подобие речи? Могут ли животные узнавать себя в зеркале? Свойственны ли животным дружба и душевная привязанность? Ведут ли они войны и мирные переговоры? В книге читатели узнают ответы на эти вопросы, а также, например, что крысы могут сожалеть о принятых ими решениях, воро́ны изготавливают инструменты, осьминоги узнают человеческие лица, а специальные нейроны позволяют обезьянам учиться на ошибках друг друга. Ученые открыто говорят о культуре животных, их способности к сопереживанию и дружбе. Запретных тем больше не существует, в том числе и в области разума, который раньше считался исключительной принадлежностью человека.Автор рассказывает об истории этологии, о жестоких спорах с бихевиористами, а главное — об огромной экспериментальной работе и наблюдениях за естественным поведением животных. Анализируя пути становления мыслительных процессов в ходе эволюционной истории различных видов, Франс де Вааль убедительно показывает, что человек в этом ряду — лишь одно из многих мыслящих существ.* * *Эта книга издана в рамках программы «Книжные проекты Дмитрия Зимина» и продолжает серию «Библиотека фонда «Династия». Дмитрий Борисович Зимин — основатель компании «Вымпелком» (Beeline), фонда некоммерческих программ «Династия» и фонда «Московское время».Программа «Книжные проекты Дмитрия Зимина» объединяет три проекта, хорошо знакомые читательской аудитории: издание научно-популярных переводных книг «Библиотека фонда «Династия», издательское направление фонда «Московское время» и премию в области русскоязычной научно-популярной литературы «Просветитель».

Франс де Вааль

Биология, биофизика, биохимия / Педагогика / Образование и наука
Скептик. Рациональный взгляд на мир
Скептик. Рациональный взгляд на мир

Идея писать о науке для широкой публики возникла у Шермера после прочтения статей эволюционного биолога и палеонтолога Стивена Гулда, который считал, что «захватывающая действительность природы не должна исключаться из сферы литературных усилий».В книге 75 увлекательных и остроумных статей, из которых читатель узнает о проницательности Дарвина, о том, чем голые факты отличаются от научных, о том, почему высадка американцев на Луну все-таки состоялась, отчего умные люди верят в глупости и даже образование их не спасает, и почему вода из-под крана ничуть не хуже той, что в бутылках.Наука, скептицизм, инопланетяне и НЛО, альтернативная медицина, человеческая природа и эволюция – это далеко не весь перечень тем, о которых написал главный американский скептик. Майкл Шермер призывает читателя сохранять рациональный взгляд на мир, учит анализировать факты и скептически относиться ко всему, что кажется очевидным.

Майкл Брант Шермер

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Записки примата: Необычайная жизнь ученого среди павианов
Записки примата: Необычайная жизнь ученого среди павианов

Эта книга — воспоминания о более чем двадцати годах знакомства известного приматолога Роберта Сапольски с Восточной Африкой. Будучи совсем еще молодым ученым, автор впервые приехал в заповедник в Кении с намерением проверить на диких павианах свои догадки о природе стресса у людей, что не удивительно, учитывая, насколько похожи приматы на людей в своих биологических и психологических реакциях. Собственно, и себя самого Сапольски не отделяет от своих подопечных — подопытных животных, что очевидно уже из названия книги. И это придает повествованию особое обаяние и мощь. Вместе с автором, давшим своим любимцам библейские имена, мы узнаем об их жизни, страданиях, любви, соперничестве, борьбе за власть, болезнях и смерти. Не менее яркие персонажи книги — местные жители: фермеры, егеря, мелкие начальники и простые работяги. За два десятилетия в Африке Сапольски переживает и собственные опасные приключения, и трагедии друзей, и смены политических режимов — и пишет об этом так, что чувствуешь себя почти участником событий.

Роберт Сапольски

Биографии и Мемуары / Научная литература / Прочая научная литература / Образование и наука
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже