Мы не говорили об этом, мама

Вилку бросила мама и угодила прямо в ногу. Бросила, кажется, от злости, точнее, наверное, от гнева. Девочка аккуратно вытащит эту вилку и посидит тихонько. Потом, когда в квартире все стихнет, она пойдет в свою комнату, снимет колготки и посмотрит, что за след оставила вилка. Это будет очень аккуратный след, ряд из четырех красных точечек, по количеству зубчиков. Три следа будут четкие и квадратные, а один слабенький – один крайний зубчик вошел самым кончиком. Скоро на месте точечек образуются маленькие болячки и ранки заживут, потом болячки отсохнут, но шрамов не останется. Ведь рана была неглубокая, а у детей все заживает быстро.

Пройдет время, и девочка вырастет из красных колготок. Девочка научится защищаться и давать отпор своей матери в гневе. Пройдет время, и она станет достаточно сильной физически, чтобы ударить в ответ. Ей придется научиться это делать, иначе она потеряет себя. Пройдет еще время, и девочка поймет, почему мама так поступала, поймет, что дело совсем не в ней, ведь она совсем-совсем не виновата. Пройдет еще пару-тройку лет, и девочка перестанет ждать сожалений или извинений от мамы за все брошенные вещи, за все удары, за всю жестокость.

Пройдет еще сколько-то лет, и девочка сама станет мамой, и внутри нее родится много сочувствия и жалости к своей той усталой, измученной маме. Пока девочка росла и еще жила с мамой, да и потом, когда приезжала в гости и нужно было накрывать на стол, каждый раз, когда девочке нужно было выбрать вилки из кухонного ящичка, она смотрела на эту красивую изящную вилку и каждый раз оставляла ее лежать в ящике с остальными. Странно есть предметом, побывавшим в твоей ноге.

Разговор без слов

Станислав, 53 года, управление ИТ-проектами

Я воспринял это задачу как очередной жизненный челлендж. Когда тебе за пятьдесят, интересно ставить новые задачи и смотреть, что получится. Проверять: «А это смогу? А с этим справлюсь?» У меня не было желания погружаться в глубины смыслов и заниматься самокопанием. Но когда я закончил эссе, у меня получилось взглянуть на прошлое с другой точки зрения, вспомнить то, о чем, кажется, совсем забыл. Я увидел в этом пользу и нашел интерес.

Меня зовут Станислав, и мне пятьдесят три года…

Эта фраза напоминает традиционное представление в клубе анонимных кого-то, однако начинать эссе как-то надо. Я решил начать разговор про маму именно так.

Для кого-то разговор о родителях сложный, а для меня, кажется, это не так. Понимаю, что в этом есть заслуга моих родителей. И, следуя заданному формату, отца оставлю за скобками этого повествования. Возможно, это наложит определенный отпечаток и на описание отношений с мамой, но я принимаю условия, связанные с темой эссе. Отметим лишь один факт: мне повезло, и до моего взрослого возраста я жил в полной семье, где были папа, мама, старшая сестра и я.

Слово «мать» в общении с моей мамой для меня табуировано. Когда-то, когда я демонстрировал миру свою взрослость, я начал в разговоре с мамой называть ее матерью. Но, во-первых, мне самому это было непривычно и казалось грубым, а во-вторых, моя мама в какой-то момент и, похоже, с большой болью сказала, что матерью может быть Родина, которая зовет, что слово «мать» часто звучит в ругательствах, а она, моя мама, разве мать? С тех пор по отношению к своей маме слово «мать» я не использую. Для меня есть только «мама».

Если верить моим ощущениям, с мамой я мог поговорить обо всем. И возможно, этим утверждением можно было бы поставить точку в моем повествовании, однако это было бы слишком просто, и я продолжу. Потому что это то, что лежит на поверхности, это только вершина айсберга.

На самом деле говорить-то я мог обо всем, однако я не говорил. Наверное, даже можно сказать, что со своей мамой я не разговаривал, в том смысле, что я не делился ни радостями, ни горестями, я не спрашивал совета, не задавал вопросов. Я не могу сказать, что у нас с мамой были натянутые или проблемные отношения. Хотя, может, это только мое мнение и мама считает по-другому.

Сейчас, набирая эти строки и оглядываясь назад, я задаюсь вопросом: а есть ли что-то, о чем я хотел, но не поговорил с моей мамой? Наверное, есть или даже наверняка есть. Так и просится сейчас написать: «Если бы я тогда мог, я бы…», однако то, что было, уже прошло. И сейчас прошлое видится совсем по-другому. Попробую для себя разложить по полочкам: а какие же вопросы сын мог или может обсудить с мамой?