Читаем На краю пропасти. Экзистенциальный риск и будущее человечества полностью

Такой расклад сильно идеализирован. Он скрывает проблемы, которые возникают из-за нашей разобщенности, и значимость поступков отдельных личностей, способных наставить все человечество на верный путь. Но при этом он проливает свет на более серьезные вопросы, которые до сих пор почти полностью игнорируются. Это вопросы об общей стратегии человечества и о том, как гарантированно построить прекрасное будущее, даже если мы пока не знаем точно, каким именно оно будет. Отвечая на них, я делюсь своим смелым видением человечества, которое наводит порядок в своем доме, – и это видение, я надеюсь, поможет нам пройти через грядущие десятилетия, даже если реальность станет еще более сумбурной и непростой.

Я буду давать как рекомендации по разработке высокоуровневой стратегии и выбору конкретных мер, так и советы, адресованные отдельным людям, которые узнают о перспективных карьерных путях и о том, что может сделать каждый на своем месте. Поскольку люди лишь недавно начали размышлять о том, как сберечь человеческий потенциал, подобное руководство к действию следует считать предварительным, ведь оно пока не прошло проверку временем.

Но тот факт, что мы находимся на столь раннем этапе размышлений о долгосрочном будущем человечества, дает нам повод для оптимизма в начале нашего пути. Это не проторенная дорожка, где перспективные идеи давно изучены и признаны несостоятельными, а неизведанная территория. Вполне возможно, она богата идеями для первооткрывателей, которые стремятся их найти.

Общая стратегия человечества

Как человечеству с наибольшей вероятностью реализовать свой потенциал? Думаю, на высшем уровне нам нужно придерживаться стратегии, состоящей из трех этапов[504]:


1. Обеспечение экзистенциальной безопасности.

2. Долгое раздумье.

3. Реализация нашего потенциала.


С этой точки зрения первая важная задача человечества – обеспечить безопасность, то есть достичь точки, где экзистенциальный риск низок и не растет. Я называю это состояние экзистенциальной безопасностью.

Оно состоит из двух элементов. Очевидно, нам необходимо сохранить потенциал человечества, то есть вызволить себя из непосредственной опасности, чтобы с нами ничего не случилось, пока мы не наведем у себя порядок. Это подразумевает непосредственную работу над насущными экзистенциальными рисками и факторами риска, а также быстрые изменения наших норм и институтов.

Но нам необходимо и защитить потенциал человечества, то есть разработать надежные гарантии безопасности, чтобы оградить человечество от опасностей долгосрочного будущего и сделать крах почти невозможным[505]. Если сохранение нашего потенциала сродни ликвидации очередного пожара, то защита потенциала – это внесение изменений с целью сделать так, чтобы огонь больше никогда не представлял для нас серьезной угрозы[506]. Это подразумевает серьезную перестройку наших норм и институтов (чтобы человечество запаслось благоразумием и терпением, которые ему необходимы), а также повышение нашей общей устойчивости к катастрофам. Для этого нет надобности прямо сейчас спрогнозировать все будущие риски. Достаточно и того, чтобы наставить человечество на верный путь, где мы будем принимать новые риски всерьез: успешно управлять ими с момента их появления или вообще обходить их стороной.

Обратите внимание, что обеспечение экзистенциальной безопасности не требует снижения всех рисков до нуля. Достичь такой цели невозможно, и все попытки это сделать оказались бы тщетными. Человечеству необходимо снизить риск до очень низкого уровня, а затем постепенно снижать его дальше на протяжении столетий. Таким образом, даже если в каждом веке будет сохраняться некоторая доля риска, общий уровень риска в нашем будущем можно поддерживать невысоким[507]. Это можно считать формой экзистенциальной устойчивости. Варианты будущего, где аккумулированный экзистенциальный риск достигает 100 %, неустойчивы. Следовательно, нам нужно разработать строгий рисковый бюджет на все свое будущее, тщательно распределив этот невозобновляемый ресурс между будущими поколениями.

В конечном счете экзистенциальная безопасность предполагает снижение общего экзистенциального риска на как можно большее число процентов. Сохраняя потенциал, мы снижаем долю общего риска, которая приходится на несколько последующих десятилетий, а защищая его, снижаем долю, которая приходится на более долгий срок. Мы можем работать над этими элементами параллельно, направляя часть усилий на снижение ближайших рисков, а часть – на создание институтов, наращивание компетенций, накопление знаний и обретение воли к тому, чтобы свести будущие риски к минимуму[508].

Перейти на страницу:

Все книги серии Книжные проекты Дмитрия Зимина

Достаточно ли мы умны, чтобы судить об уме животных?
Достаточно ли мы умны, чтобы судить об уме животных?

В течение большей части прошедшего столетия наука была чрезмерно осторожна и скептична в отношении интеллекта животных. Исследователи поведения животных либо не задумывались об их интеллекте, либо отвергали само это понятие. Большинство обходило эту тему стороной. Но времена меняются. Не проходит и недели, как появляются новые сообщения о сложности познавательных процессов у животных, часто сопровождающиеся видеоматериалами в Интернете в качестве подтверждения.Какие способы коммуникации практикуют животные и есть ли у них подобие речи? Могут ли животные узнавать себя в зеркале? Свойственны ли животным дружба и душевная привязанность? Ведут ли они войны и мирные переговоры? В книге читатели узнают ответы на эти вопросы, а также, например, что крысы могут сожалеть о принятых ими решениях, воро́ны изготавливают инструменты, осьминоги узнают человеческие лица, а специальные нейроны позволяют обезьянам учиться на ошибках друг друга. Ученые открыто говорят о культуре животных, их способности к сопереживанию и дружбе. Запретных тем больше не существует, в том числе и в области разума, который раньше считался исключительной принадлежностью человека.Автор рассказывает об истории этологии, о жестоких спорах с бихевиористами, а главное — об огромной экспериментальной работе и наблюдениях за естественным поведением животных. Анализируя пути становления мыслительных процессов в ходе эволюционной истории различных видов, Франс де Вааль убедительно показывает, что человек в этом ряду — лишь одно из многих мыслящих существ.* * *Эта книга издана в рамках программы «Книжные проекты Дмитрия Зимина» и продолжает серию «Библиотека фонда «Династия». Дмитрий Борисович Зимин — основатель компании «Вымпелком» (Beeline), фонда некоммерческих программ «Династия» и фонда «Московское время».Программа «Книжные проекты Дмитрия Зимина» объединяет три проекта, хорошо знакомые читательской аудитории: издание научно-популярных переводных книг «Библиотека фонда «Династия», издательское направление фонда «Московское время» и премию в области русскоязычной научно-популярной литературы «Просветитель».

Франс де Вааль

Биология, биофизика, биохимия / Педагогика / Образование и наука
Скептик. Рациональный взгляд на мир
Скептик. Рациональный взгляд на мир

Идея писать о науке для широкой публики возникла у Шермера после прочтения статей эволюционного биолога и палеонтолога Стивена Гулда, который считал, что «захватывающая действительность природы не должна исключаться из сферы литературных усилий».В книге 75 увлекательных и остроумных статей, из которых читатель узнает о проницательности Дарвина, о том, чем голые факты отличаются от научных, о том, почему высадка американцев на Луну все-таки состоялась, отчего умные люди верят в глупости и даже образование их не спасает, и почему вода из-под крана ничуть не хуже той, что в бутылках.Наука, скептицизм, инопланетяне и НЛО, альтернативная медицина, человеческая природа и эволюция – это далеко не весь перечень тем, о которых написал главный американский скептик. Майкл Шермер призывает читателя сохранять рациональный взгляд на мир, учит анализировать факты и скептически относиться ко всему, что кажется очевидным.

Майкл Брант Шермер

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Записки примата: Необычайная жизнь ученого среди павианов
Записки примата: Необычайная жизнь ученого среди павианов

Эта книга — воспоминания о более чем двадцати годах знакомства известного приматолога Роберта Сапольски с Восточной Африкой. Будучи совсем еще молодым ученым, автор впервые приехал в заповедник в Кении с намерением проверить на диких павианах свои догадки о природе стресса у людей, что не удивительно, учитывая, насколько похожи приматы на людей в своих биологических и психологических реакциях. Собственно, и себя самого Сапольски не отделяет от своих подопечных — подопытных животных, что очевидно уже из названия книги. И это придает повествованию особое обаяние и мощь. Вместе с автором, давшим своим любимцам библейские имена, мы узнаем об их жизни, страданиях, любви, соперничестве, борьбе за власть, болезнях и смерти. Не менее яркие персонажи книги — местные жители: фермеры, егеря, мелкие начальники и простые работяги. За два десятилетия в Африке Сапольски переживает и собственные опасные приключения, и трагедии друзей, и смены политических режимов — и пишет об этом так, что чувствуешь себя почти участником событий.

Роберт Сапольски

Биографии и Мемуары / Научная литература / Прочая научная литература / Образование и наука

Похожие книги

ДМТ — Молекула духа
ДМТ — Молекула духа

Книга представляет собой захватывающее описание уникального научного исследования. Впервые в истории науки доктор медицины Рик Страссман изучил и описал воздействие на человеческое сознание психоделического препарата ДМТ (N,N-диметилтриптамина). Это вещество содержится в растениях, которые в индейских традиционных культурах употреблялись для вхождения в измененное состояние сознания. Кроме того, ДМТ вырабатывается эпифизом мозга человека в критические периоды его жизни (например, при рождении и смерти).Чтобы получить официальное разрешение на это исследование, Страссману пришлось преодолеть многочисленные бюрократические барьеры: исследования психоделиков были практически прерваны в 1970 году, когда конгресс США принял закон о запрете ЛСД и других подобных препаратов.Вы прочтете о том, как вырабатывалась концепция исследования, как набирали добровольцев для введения препарата. В книге представлено множество описаний потрясающих опытов, которые пережили волонтеры под воздействием ДМТ. Наконец, вы узнаете, к каким выводам пришел доктор Страссман, — они поражают своей смелостью и революционностью.Книга для тех, кого интересует психология человека, пути обретения духовного опыта, иные миры, постижение законов бытия путем погружения в глубины собственного сознания.

Рик Страссман

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Неразумная обезьяна. Почему мы верим в дезинформацию, теории заговора и пропаганду
Неразумная обезьяна. Почему мы верим в дезинформацию, теории заговора и пропаганду

Дэвид Роберт Граймс – ирландский физик, получивший образование в Дублине и Оксфорде. Его профессиональная деятельность в основном связана с медицинской физикой, в частности – с исследованиями рака. Однако известность Граймсу принесла его борьба с лженаукой: в своих полемических статьях на страницах The Irish Times, The Guardian и других изданий он разоблачает шарлатанов, которые пользуются беспомощностью больных людей, чтобы, суля выздоровление, выкачивать из них деньги. В "Неразумной обезьяне" автор собрал воедино свои многочисленные аргументированные возражения, которые могут пригодиться в спорах с адептами гомеопатии, сторонниками теории "плоской Земли", теми, кто верит, что микроволновки и мобильники убивают мозг, и прочими сторонниками всемирных заговоров.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Дэвид Роберт Граймс

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Как работает мозг
Как работает мозг

Стивен Пинкер, выдающийся канадско-американский ученый, специализирующийся в экспериментальной психологии и когнитивных науках, рассматривает человеческое мышление с точки зрения эволюционной психологии и вычислительной теории сознания. Что делает нас рациональным? А иррациональным? Что нас злит, радует, отвращает, притягивает, вдохновляет? Мозг как компьютер или компьютер как мозг? Мораль, религия, разум - как человек в этом разбирается? Автор предлагает ответы на эти и многие другие вопросы работы нашего мышления, иллюстрируя их научными экспериментами, философскими задачами и примерами из повседневной жизни.Книга написана в легкой и доступной форме и предназначена для психологов, антропологов, специалистов в области искусственного интеллекта, а также всех, интересующихся данными науками.

Стивен Пинкер

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Всё и разум
Всё и разум

Знаменитый во всем мире популяризатор науки, ученый, инженер и популярный телеведущий канала Discovery, Билл Най совершил невероятное — привил любовь к физике всей Америке. На забавных примерах из собственной биографии, увлекательно и с невероятным чувством юмора он рассказывает о том, как наука может стать частью повседневной жизни, учит ориентироваться в море информации, правильно ее фильтровать и грамотно снимать «лапшу с ушей».Читатель узнает о планах по освоению Марса, проектировании «Боинга», о том, как выжить в автокатастрофе, о беспилотных автомобилях, гениальных изобретениях, тайнах логарифмической линейки и о других спорных, интересных или неразрешимых явлениях науки.«Человек-физика» Билл Най научит по-новому мыслить и по-новому смотреть на мир. Эта книга рассчитана на читателей всех возрастов, от школьников до пенсионеров, потому что ясность мысли — это модно и современно!

Билл Най

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература