Нанкинская резня

Есть еще и третий урок, возможно, самый печальный из всех. Он состоит в пугающей легкости, с которой разум способен принять геноцид, превращая всех нас в пассивных наблюдателей невообразимых событий. Изнасилование Нанкина было темой для первых полос газет во всем мире, но большая часть мира ничего не предпринимала и просто наблюдала, как шло истребление целого города. Международная реакция на зверства в Нанкине зловеще напоминает не столь давнюю реакцию на события в Боснии-Герцеговине и Руанде – пока тысячи людей погибали невероятно жестокой смертью, весь мир смотрел Си-эн-эн и лицемерно заламывал руки. Можно говорить, что Соединенные Штаты и другие страны не смогли вмешаться раньше, чтобы помешать нацистам проводить в жизнь свое «окончательное решение», поскольку геноцид происходил под покровом «военной тайны» и со столь холодной эффективностью, что, пока солдаты союзников не освободили лагеря и не увидели собственными глазами масштабы творившегося кошмара, большинство людей не могли воспринять поступавшие сообщения как суровую реальность. Но в отношении Нанкинской резни или убийств в бывшей Югославии подобных оправданий просто нет и быть не может. Зверства в Нанкине широко освещались в таких газетах, как «Нью-Йорк Таймс», а события в Боснии ежедневно появлялись на экранах телевизоров практически в каждом доме. Вероятно, некое свойство человеческой природы позволяет превратить в банальность даже самые невообразимые злодеяния, если они происходят достаточно далеко, чтобы представлять угрозу личной безопасности и комфорту.

Как это ни печально, мир все еще наблюдает в роли пассивного зрителя за вторым японским надругательством – отказом японцев принести извинения за свои преступления в Нанкине или признать их. Не привлекают внимания мирового сообщества и попытки японских экстремистов стереть это событие из истории Второй мировой войны. Чтобы лучше представить масштабы несправедливости, достаточно сравнить послевоенную компенсацию со стороны Японии и Германии по отношению к их жертвам той войны. Разумеется, деньги сами по себе не в состоянии вернуть жизнь убитым или стереть из памяти пытки, которым подверглись выжившие, но они, по крайней мере, являются мерой осознания причиненного жертвам зла.

К 1997 году германское правительство выплатило не менее 88 миллиардов немецких марок в качестве компенсации, и выплатит еще 20 миллиардов к 2005 году[584]. Если учесть все деньги, которые немцы заплатили в виде компенсации отдельным жертвам, возмещения за утраченную собственность, пенсии, выплаты на основе государственных распоряжений, а также, в соответствии с договорами с Израилем и 16 другими странами, о возмещении причиненного во время войны ущерба – в сумме получается почти 124 миллиарда немецких марок, или почти 60 миллиардов долларов. Японцы не заплатили за свои преступления во время вой-ны практически ничего. В эпоху, когда даже швейцарцы вложили миллиарды долларов в создание фонда для возмещения того, что было украдено с еврейских банковских счетов, многие ведущие государственные деятели в Японии верят (или делают вид, что верят), будто их страна не совершила ничего такого, что требовало бы материальной компенсации или даже простых извинений, и утверждают, что многие из худших злодеяний, в которых обвинялось их правительство, никогда не происходили, и все свидетельства их преступлений сфабрикованы китайцами и прочими ненавистниками Японии.

Японское правительство придерживается позиции, что все вопросы военных репараций были решены посредством подписанного в Сан-Франциско мирного договора 1952 года. Но при внимательном чтении договора оказывается, что вопрос этот был лишь отложен до улучшения финансового положения Японии. «Официально признано, что Япония должна выплатить репарации Союзным силам, – говорится в статье 14 пятой главы договора. – Вместе с тем также признано, что ресурсов Японии в данный момент недостаточно, чтобы при поддержании жизнеспособной экономики полностью выплатить репарации за причиненный ущерб и страдания».

По величайшей иронии судьбы времен холодной войны Япония не только избежала ответственности за невыплату репараций, но и получила миллиарды долларов в виде помощи от Соединенных Штатов, превращавшей их бывшего врага в экономически развитую державу и соперника. Сейчас Азия весьма озабочена перспективой возрождения милитаризма среди японцев. При администрации Рейгана Соединенные Штаты подталкивали Японию к наращиванию ее военной мощи, что встревожило многих пострадавших от японской агрессии в годы войны. «Те, кто игнорирует историю, становятся ее жертвами, – предупреждал Карлос Ромуло, служивший адъютантом генерала Дугласа Макартура во время Второй мировой войны и хорошо понимавший дух соперничества, порожденный японской культурой. – Японцы – весьма решительный и упорный народ. В конце Второй мировой войны никто не думал, что Япония станет ведущей экономической державой, но оказалось именно так. Если дать им шанс стать могущественной военной державой – они ею станут»[585].