Нарушение морских коммуникаций по опыту действий Российского флота в Первой мировой войне (1914-1917)

До сих пор со стороны противника не было проявлено попыток к широким морским операциям на Балтийском море, однако таковые могут начаться в любое время, особенно осенью и весной, когда противнику благоприятствуют физико-географические условия; операции последних дней в Ирбенском проливе, в результате которых неприятелю удалось впервые за всю войну ввести свои подводные лодки в Рижский залив, еще более осложнили обстановку и условия действий нашего флота; весной же, когда в силу долговременности стояния наши позиции потребуют возобновления, обстановка будет столь серьезна, что от командования Балтийским флотом потребуется полное проявление широкой инициативы и твердой воли, т. е. тех именно качеств, которыми настоящее командование не обладает. Эти соображения, в связи с опасностью угашения воинского духа личного состава флота, заставляют прийти к окончательному заключению, что при настоящем командовании Балтийского флота успешное выполнение флотом ВЫСОЧАЙШЕ возложенных на него задач является сомнительным.

Трудная и серьезная обстановка на театре требует, чтобы флот был не только должным образом подготовлен, но и обладал всей мощью воинского духа, а это последнее требует от командования флотом таких качеств, которыми настоящее командование не обладает; безусловная же необходимость выполнения флотом Балтийского моря ВЫСОЧАЙШЕ возложенных на него задач и сомнение в возможности их успешного выполнения при настоящем командовании флотом побуждают приять долг вышеизложенное Всеподданнейше представить на ВЫСОЧАЙШЕЕ ВАШЕГО ИМПЕРАТОРСКОГО ВЕЛИЧЕСТВА благовоззрение.

Адмирал Русин

6 сентября 1916 года.

РГАВМФ. Ф. 716. Оп. 1. Д. 92. Л. 102 — 104об.

Приложение 34

Доклад командующего флотом Балтийского моря адмирала В. А. Канина начальнику Морского штаба верховного главнокомандующего адмиралу А. И. Русину от 17 (30) июля 1916 г. № 1154/оп.

Секретно

Весной текущего года в Зунде, в район маяка Фальстербо, германцами поставлено было минное заграждение. Границы этого заграждения, оставлявшего свободным проход лишь в пределах трехмильной полосы шведских и датских территориальных вод, объявлены были во всеобщее сведение германским морским штабом и помещены затем всеми государствами в своих лоцманских известиях.

Швеция не протестовала против такого рода мероприятия германского правительства, ограничившись лишь заявлением, что мины, заложенные в пределах трехмильной полосы их территориальных вод, буде таковые окажутся, будут шведами выловлены.

В июне месяце сего года в печати появилось новое официальное объявление, на этот раз уже со стороны самого шведского морского генерального штаба, о минировании германцами района, в форме треугольника, между маяками Коппарстенарне, Ландсорт и Хувудшер. Заявление это равным образом не сопровождалось никаким протестом со стороны Швеции, хотя в этом случае объявленный минированным район, как прилегающий к расположенным на берегу маякам, включает даже территориальные воды нейтральной Швеции.

Из приведенных примеров явствует, что шведы без заметного недовольства мирятся с мерами, стесняющими их торговлю, как в непосредственной близости к их берегам, так и проливах, имеющих для свободы мореплавания громадное международное значение; легко мирятся они в этими мерами тогда во всяком случае, когда стеснения эти идут со стороны Германии, хотя поставленные ею минные заграждения и оказались расположенными вдали от собственных ее берегов: в первый раз между границами территориальных вод двух нейтральных государств, а затем в районе между шведским побережьем и северной оконечностью шведского же острова Готланда.

Россия всегда, даже и в явный ущерб военным своим интересам, относилась в высокой степени бережно к сохранению за шведами свободы морской их торговли вообще и, в частности, в проливе, отделяющем остров Оланд от шведского побережья.

Только в восточной части этого пролива, куда для торговли с Германией коммерческие суда никогда не заходили, поставлено было в начале войны минное заграждение. Так же строго будет соблюдаться нами нейтралитет Швеции на море и впредь.

Однако нет никаких оснований отказываться от принятия мер такого рода, кои, ни в коей мере не нарушая нейтралитета Швеции и не стесняя вместе с тем сколько-нибудь существенно свободы ее мореплавания, могли бы в то же время весьма существенно облегчить нашему флоту выполнение боевых его задач.