Наш общий друг. Часть 2

— Такъ разсудите же насъ, мой голубчикъ… Вы меня извините, что я съ вами такъ запросто говорю: вѣдь по годамъ-то я могла бы два раза быть вамъ бабушкой… Ну вотъ, разсудите. Отъ моего ремесла, сами знаете, продовольствіе плохое, да и работа-то очень тяжелая. Безъ Слоппи я ужъ и не знаю, какъ бы я продержалась такъ долго. Мы кормились этой работой, пока Слоппи жилъ у меня. Теперь я одна… нѣтъ у мени даже Джонни, — такъ мнѣ лучше быть на ногахъ, чѣмъ у огня бѣлье складывать. На меня минутами смертельная тоска находитъ, и я вамъ скажу — отчего. Мнѣ все мерещится, что на рукахъ у меня то маленькій Джонни, то его мать, когда она была ребенкомъ, то его бабка, когда она была ребенкомъ, а то мнѣ вдругъ покажется, что и сама я ребенокъ и лежу на рукахъ у матери. Въ такія минуты у меня замираютъ мысли и чувства. И вдругъ такъ и вскочишь съ мѣста въ страхѣ, что вотъ, молъ, и я становлюсь какъ тѣ бѣдные старики, которыхъ замуравливаютъ въ рабочіе дома. Можетъ вы когда и сами видали, какъ ихъ тамъ выпускаютъ погрѣться на солнышкѣ и какъ они слоняются по улицамъ безъ смысла и цѣли… Я въ молодые годы была дѣвка рѣзвая, работящая, какъ я уже докладывала вашей доброй хозяйкѣ еще въ первую нашу съ ней встрѣчу. Я и теперь еще могу пройти миль двадцать, коли доведется. Такъ лучше мнѣ быть на ногахъ, чѣмъ эдакъ тосковать да замирать отъ страху… Я хорошо вяжу и могу вязать на продажу. Если бы ваши хозяева дали мнѣ взаймы шиллинговъ двадцать на обзаведеніе товаромъ, это было бы почти богатствомъ для меня. Бродя съ мѣста на мѣсто, я прокормлюсь своимъ трудомъ. Чего же мнѣ еще?

— Такъ вотъ у васъ какой планъ! — сказалъ секретарь.

— Какъ же лучше-то сдѣлать — научите. Голубчикъ мой, научите, какъ лучше?.. Я очень хорошо знаю, — продолжала, помолчавъ, Бетти, — и вы хорошо знаете, что ваши хозяева устроили бы меня, какъ королеву, до конца моей жизни, если бы только мы могли насчетъ этого сговориться. Но вѣдь намъ все равно не сговориться насчетъ этого. Я никогда не брала милостыни, да и никто изъ близкихъ моихъ. Вѣдь это ужъ значило бы и дѣтей своихъ умершихъ забыть, и себя.

— Но вѣдь можетъ случиться, что такой выходъ станетъ неизбѣжнымъ въ концѣ-концовъ, — осторожно намекнулъ секретарь, слегка упирая на послѣднія слова.

— Никогда этому не бывать! Надѣюсь, что нѣтъ! Я не изъ гордости такъ говорю, — я не хочу обидѣть этихъ добрыхъ людей, — прибавила старуха просто; — я только хочу жить въ мирѣ съ собой, хочу до самой смерти прокормить себя своимъ трудомъ.

— И ужъ конечно Слоппи будетъ усердно выискивать случая стать для васъ тѣмъ, чѣмъ вы были для него, — замѣтилъ секретарь въ видѣ ободренія.

— Въ этомъ-то я твердо увѣрена, сэръ, — сказала весело Бетти, — только ему надо немножко поторопиться, а то я скоро буду ни на что не годна. Пока-то я еще сильна; я и больна никогда не бывала ни отъ работы, ни отъ ненастья… Такъ сдѣлайте же, сударь, такое одолженіе, поговорите обо мнѣ вашимъ хозяевамъ, скажите имъ, о чемъ я ихъ прошу по дружбѣ, и почему прошу.

Роксмитъ почувствовалъ, что было невозможно противорѣчить долѣе этой мужественной старой женщинѣ. Онъ сейчасъ же пошелъ къ мистрисъ Боффинъ и посовѣтовалъ ей не мѣшать старушкѣ распорядиться собой, какъ она знаетъ, по крайней мѣрѣ пока.

— Я знаю, что вашему доброму сердцу было бы гораздо спокойнѣе взять ее на свое попеченіе, — прибавилъ онъ. — Но мы обязаны уважать этотъ независимый духъ.

Мистрисъ Боффинъ не могла не согласиться съ гакимъ доводомъ. Они съ мужемъ тоже когда-то трудились въ потѣ лица и вынесли изъ мусорныхъ кучъ, въ чистотѣ и нерушимости, свою совѣсть и честь. Если они обязаны что-нибудь сдѣлать для Бетти, то, разумѣется, они это сдѣлаютъ.

— А все-таки, Бетти, я бы на вашемъ мѣстѣ не уходила, — сказала мистрисъ Боффинъ, явившись въ сопровожденіи Роксмита въ его комнату и освѣтивъ ее своимъ лучезарнымъ лицомъ.

— Такъ будетъ лучше для Слоппи, — возразила мистриссъ Гигденъ, покачавъ головой. — Да и для меня лучше. А впрочемъ, это вѣдь отъ васъ зависитъ.

— Когда вы хотите отправиться въ путь?

— Да хоть сейчасъ, — послѣдовалъ прямой и краткій отвѣтъ, — сегодня, завтра, — чѣмъ скорѣе, тѣмъ лучше. Мнѣ вѣдь не привыкать-стать къ бродячей жизни, слава Богу. Я хорошо знаю мѣста въ здѣшнемъ округѣ. Я работала по огородамъ, когда у меня не было другого ремесла.

— Хорошо, Бетти. Но я хоть и даю согласіе на новый промыселъ, за который вы хотите приняться… Вотъ и мистеръ Роксмитъ мнѣ говоритъ, что я должна дать согласіе…

Бетти поблагодарила мистера Роксмита низкимъ реверансомъ.

— … Но мы не хотимъ терять васъ изъ виду. Мы не забудемъ васъ. Мы хотимъ знать все, что съ вами будетъ.