Наш общий друг. Часть 3

— Я нарочно колочу тебя о стну головой, — отвчалъ Джонъ Гармонъ, съ явнымъ удовольствіемъ подкрпляя дйствіемъ эти слова, — и охотно далъ бы тысячу фунтовъ за позволеніе выколотить изъ тебя вс мозги… Слушай, мерзавецъ, что я теб скажу. Видишь ты эту голландскую бутылку?

Слоппи поднялъ бутылку въ назиданіе ему.

— Въ этой бутылк, мерзавецъ, хранилось послднее изъ многихъ завщаній, составленныхъ моимъ несчастнымъ, самого себя терзавшимъ отцомъ. И этимъ завщаніемъ все до послдняго гроша передается моему великодушному благодтелю (и твоему тоже) мистеру Боффину. Меня же и мою сестру (въ то время уже умершую) оно совершенно устраняетъ и порочитъ насъ обоихъ, называя поименно. Мой и твой великодушный благодтель нашелъ эту бутылку уже посл того, какъ вступилъ во владніе всмъ имуществомъ. Эта находка безмрно огорчила его, потому что, хотя меня и моей сестры уже не было въ живыхъ, она бросала тнь на нашу память, ничмъ, какъ ему было извстно, нами не заслуженную. И онъ зарылъ бутылку въ принадлежавшую ему мусорную кучу, гд она и лежала до послдняго времени и гд ты, неблагодарный песъ, такъ часто копался около нея. Онъ ршилъ, что находка его никогда больше не увидитъ свта, но уничтожить ее побоялся, такъ какъ уничтоженіе документа, хотя бы и съ благородной цлью, — есть преступленіе передъ закономъ. Когда въ этомъ дом узнали меня, мистеръ Боффинъ, не зная, какъ ему быть съ найденнымъ завщаніемъ, разсказалъ мн, подъ однимъ условіемъ, котораго не можетъ оцнить такая собака, какъ ты, тайну голландской бутылки. Я настоялъ на томъ, чтобъ снова откопать бутылку, и представить завщаніе на утвержденіе. Первое было сдлано на твоихъ глазахъ; о томъ же, что сдлано и второе, ты ничего не зналъ. Итакъ, бумага, шуршащая въ твоихъ рукахъ, пока я трясу тебя за галстукъ, не стоитъ даже сгнившей пробки въ голландской бутылк. Понимаешь?

Судя по вытянувшемуся лицу Сайлеса, голова котораго болталась во вс стороны самымъ некомфортабельнымъ образомъ, онъ понималъ.

— А теперь, негодяй, я скажу теб еще дв маленькія рчи, чтобы хорошенько тебя наказать, — продолжалъ Джонъ Гармонь, подкрутивъ ему галстухъ еще на одинъ поворотъ и держа его передъ собой прижатымъ въ уголъ на разстояніи всей длины руки. Твое открытіе было, дйствительно, открытіемъ, такъ какъ никто не догадался раньше заглянуть въ то мсто. И мы ничего не знали объ этомъ открытіи, пока Винасъ не разсказалъ о немъ мистеру Боффину, хотя я зорко за тобой присматривалъ съ перваго же дня моего появленія здсь и хотя давно уже главнымъ занятіемъ Слоппи и утхой его жизни было тнью ходить за тобой. Я разсказываю теб все это затмъ, чтобъ ты зналъ, что мы вполн тебя разгадали и безъ труда могли убдить мистера Боффина позволить намъ обманывать тебя до послдней минуты, чтобы потомъ дать теб какъ можно сильне почувствовать разочарованіе отъ неудачи твоей интриги. Вотъ теб моя первая рчь. Понимаешь?

И онъ помогъ прочищенію мозговъ мистера Вегга, задавъ ему новую встряску.

— Я сейчасъ кончу, мерзавецъ, — продолжалъ онъ. — Ты считаешь меня владльцемъ богатствъ моего отца. Такъ оно и есть, но не на основаніи какого-нибудь формальнаго акта, оставленнаго моимъ отцомъ, и не по праву, а исключительно благодаря великодушію мистера Боффина. Прежде, чмъ открыть мн тайну голландской бутылки, онъ поставилъ условіемъ, что я возьму себ все состояніе, а онъ не возьметъ ничего, кром завщанной ему раньше мусорной кучи. Всмъ, что я имю, я обязанъ безкорыстію, честности, доброт (я не нахожу словъ, чтобы вполн выразить мои чувства) мистера и мистрисъ Боффинъ. И когда, зная то, что я зналъ, я увидлъ, что такой червякъ, какъ ты, сметъ поднимать голосъ въ этомъ дом противъ этой благородной души, я удивляюсь, — прибавилъ Джонъ Гармонъ сквозь стиснутые зубы, повернувъ галстухъ Вегга еще на одинъ, послдній поворотъ, — я удивляюсь, какъ я не свернулъ теб голову и не выбросилъ ее за окошко… Ну, будетъ съ тебя. Это моя вторая и послдняя рчь.

Почувствовавъ себя свободнымъ, Сайлесъ поднесъ руку къ ше и откашлялся съ такимъ видомъ, какъ будто у него застряла въ горл рыбья кость. А въ то самое время, пока мистеръ Веггъ прочищалъ свое горло, можно было наблюдать очень странные и, съ виду, непонятные поступки со стороны мастера Слоппи, который пробирался къ мистеру Веггу вдоль стны на манеръ того, какъ это длаетъ носильщикъ или грузчикъ, готовясь поднять на спину куль съ мукой или съ углемъ.

— Мн очень жаль, Веггъ, — обратился къ нему сострадательный мистеръ Боффинъ, — что мы со старухой не можемъ имть о васъ лучшаго мннія. Но, посл всего сказаннаго, мн не хотлось бы оставить васъ въ худшемъ положеніи, чмъ то, въ какомъ вы были, когда я встртилъ васъ. Поэтому, прежде чмъ мы съ вами разстанемся, потрудитесь сказать, сколько вамъ нужно, чтобъ обзавестись новымъ лоткомъ.

— И на другомъ мст,- вставилъ Джонъ Гармонь. — Передъ этими окнами вы и не показывайтесь.