Наш общий друг. Часть 3

— Отправлено изъ Гринвича и помчено сегодняшнимъ числомъ, — объявила Лавинія, подавая отцу «документальное доказательство» и въ свою очередь накидываясь на него. — Выражаетъ надежду, что мама не разсердится. Благополучно вышла замужъ за мистера Джона Роксмита. Никому не говорила заране во избжаніе непріятныхъ домашнихъ разговоровъ. Проситъ сообщить милому папа, поцловать Лавви, и такъ дале. Хотла бы я знать, что бы вы сказали, если бы это сдлалъ кто-нибудь другой изъ незамужнихъ членовъ семьи!

Херувимчикъ прочелъ письмо и слабо вскрикнулъ:

— Вотъ такъ сюрпризъ!

— Дйствительно сюрпризъ, это вы правду сказали, — отозвалась мистрисъ Вильферъ замогильнымъ голосомъ.

Получивъ такое поощреніе, херувимчикъ повторилъ свою фразу, но далеко не съ тмъ успхомъ, какого ожидалъ, ибо на этотъ разъ разгнванная матрона замтила ему съ крайней горечью:

— Я уже слышала это отъ васъ.

— Удивительно, конечно. Но мн кажется, моя милая, — робко заговорилъ, складывая письмо, херувимчикъ пост нсколькихъ секундъ удручающаго молчанія, — мн кажется, намъ надо примириться съ этимъ. Надюсь, ты позволишь мн замтить, мой другъ, что мистеръ Джонъ Роксмитъ… то есть насколько я его знаю, разумется… строго говоря, не нищій.

— Въ самомъ дл? — сказала мистрисъ Вильферъ съ зловщей учтивостью. — Это новость. Я не знала, что мистеръ Джонъ Роксмитъ богатый помщикъ, и очень рада это слышать.

— Я, кажется, не говорилъ этого, мой другъ, — пролепеталъ херувимчикъ.

— Благодарю васъ! Я, стало быть, лгу? Пусть такъ. Ужъ если моя дочь бросаетъ мн въ лицо оскорбленія, чего же ждать мн отъ мужа? Одно вытекаетъ изъ другого. Похоже даже на то, что тутъ не обошлось безъ соглашенія. Очень похоже на то, — закончила мистрисъ Вильферъ съ гробовою веселостью и съ трепетной покорностью судьб.

Но тутъ въ схватку вмшалась Неукротимая, волоча за собой упирающагося Джорджа Сампсона.

— Мама! — заговорила эта молодая леди. — Я нахожу, что было бы гораздо лучше, если бъ вы не уклонялись отъ сути дла и не говорили о какихъ-то тамъ оскорбленіяхъ, которыя кому-то бросаютъ въ лицо, потому что это просто безсмыслица.

— Какъ? — воскликнула мистрисъ Вильферъ, сдвигая свои темныя брови.

— Безсмыслица, и больше ничего. И Джорджъ Сампсонъ понимаетъ это такъ же хорошо, какъ и я, — отрзала Лавви.

Мистрисъ Вильферъ, внезапно окаменвъ, устремила негодующій взоръ на несчастнаго Джорджа, который, въ своемъ колебаніи, кому онъ долженъ оказать поддержку — невст или мамаш невсты, — не поддержалъ никого, даже себя.

— А суть дла въ томъ, — продолжала Лавви, — что Белла дурно поступила со мной, совсмъ не по-сестрински. Она можетъ серьезно скомпрометировать меня и Джорджа, и семью Джорджа тмъ, что убжала и обвнчалась такимъ неприличнымъ образомъ. Кто былъ у нея дружкой, хотла бы я знать? Какая-нибудь сторожиха? А между тмъ стоило ей довриться мн и сказать: «Лавви, если ты считаешь совмстимымъ съ твоимъ достоинствомъ невсты Джорджа присутствовать на моей свадьб, то я прошу тебя — будь моей дружкой и скрой это отъ папа и отъ мама», — и я, конечно, сдлала бы это.

— И ты, конечно, сдлала бы это?! — воскликнула мистрисъ Вильферъ. — Неблагодарная! Змя!

— Сударыня! Позвольте! Нехорошо такъ говорить, клянусь честью! — вступился мистеръ Сампсонъ, серьезно качая головой. — При всемъ моемъ уваженіи къ вамъ, я долженъ вамъ сказать: не говорите такъ! Право, не хорошо. Когда человкъ съ чувствами джентльмена становится женихомъ молодой леди и когда дло при этомъ доходитъ до зми (хотя бы со стороны одного изъ членовъ семейства), то знаете, это… это… Сошлюсь на ваши собственныя добрыя чувства, мэмъ! — закончилъ онъ довольно неуклюже.

Признательный взглядъ, которымъ подарила молодого джентльмена мистрисъ Вильферъ за его любезное вмшательство, былъ такого свойства, что миссъ Лавинія залилась слезами и обхватила его руками за шею, желая защитить.

— Моя противоестественная мать хочетъ уничтожить Джорджа! — вскрикнула она. — Но я не дамъ уничтожить моего Джорджа! Прежде умру!

Мистеръ Сампсонъ барахтался въ объятіяхъ своей милой, все еще силясь укоризненно качать головой по адресу ея мама и бормоча:

— Нтъ, знаете, мэмъ, такія слова, какъ «змя», не длаютъ вамъ чести, при всемъ моемъ уваженіи къ вамъ.

— Я не дамъ уничтожить тебя, Джорджъ! — кричала миссъ Лавинія. — Пусть мама прежде меня уничтожитъ и успокоится на этомъ. А-а-а!.. Для того ли я вырвала Джорджа изъ его счастливой семьи, чтобы подвергать его такимъ ужасамъ? Джорджъ, дорогой мой, ты свободенъ! Предоставь меня, мой милый, моей мама и судьб. Передай мой любящій привтъ твоей тетушк и упроси ее не проклинать змю, которая переползла твою дорогу и отравила теб жизнь. А-а-а!..

Молодая двица только что достигла совершеннолтія и потому была еще неопытна по части истерическихъ припадковъ, но тутъ она упала въ обморокъ чрезвычайно удачно, если принять во вниманіе, что это былъ ея первый дебютъ. Мистеръ Сампсонъ наклонился надъ ея безчувственнымъ тломъ. Смятеніе его было такъ велико, что онъ обратился къ мистрисъ Вильферъ съ совершенно несообразной фразой: