Наша музыка. Полная история русского рока, рассказанная им самим

Молодожены поселились в Купчино. Этот питерский район славен своими рок-н-ролльными традициями. Там жила и сочиняла альбомы группа «Кино», там они и записывались — у Алексея Вишни. Вообще же Купчино — это рабочая окраина Северной столицы, то есть район индустриальный, довольно мрачный и гнетущий. Вместо того чтобы смотреть в окно, чета Васильевых предпочитала смотреть в телевизор. Они бы смотрели и кино — да только середина 1990-х стала, наверное, самым плачевным временем для российской индустрии кинопроката.

Сокращалось количество фильмов — в 1991 году в СССР было снято триста семьдесят пять кинолент, а в 2000-м в России — всего шестьдесят одна. Кинотеатры превращались в мебельные салоны или в пункты продажи автомобилей. Но как раз в 1996-м в стране начали появляться кинотеатры нового типа. Оборудованные Dolby-surround’ом, с хорошим изображением, удобными креслами и недешевыми, но приемлемыми по цене билетами.

Первым таким залом стал отстроенный в столице «Кодак-Киномир», куда ходили, как за шесть лет до того, в соседний «Макдоналдс» на Пушкинской. А потом и старые кинотеатры научились ремонтировать — и доводить до европейского уровня. Как ни странно, Васильев, большой киноман, в кино ходил и ходит редко. Да и собственный видеомагнитофон появился у него совсем недавно.

Александр Васильев: У меня никогда не было видеомагнитофона. То есть первый раз я купил видеомагнитофон полгода назад. Потому что до сих пор на DVD не изданы ни «Гамлет», ни «Король Лир» Козинцева. Я купил их только на VHS’е, и из-за этих двух кассет купил себе проигрыватель. А так у меня никогда не было. Нам брат жены дал свой, у него два было. И все, что нужно, мы смотрели на этом одолженном видике.

Впрочем, и в кинотеатрах, и дома народ смотрел тогда одни и те же новинки. На альбоме «Фонарь под глазом» целых две песни навеяны кинофильмами школы Тарантино. Как тут не вспомнить, что кино иногда называют «волшебный фонарь».

Александр Васильев: Все вокруг смотрели голливудское кино с русским переводом. В кино герои кричат: «Фак! Фак! Мазафака!» А наши переводят: «Черт, черт, черт подери!..» Вот это несоответствие — оно постепенно так надоело, что я написал на эту тему песню «Англо-русский словарь», или, по-другому, «Давай, лама».

«Лама» звучал и в ходе тура «Голосуй или проиграешь», и на фестивале «Наполним небо добротой», и в «Программе А» — короче, везде. Кстати, тогда считалось, что «Давай, лама» — это скрытая насмешка над БГ, который как раз в те годы начал активно ездить в Непал. Оказалось, что мишень у песни была другая.

Александр Васильев: Скорее над Линдой, потому что появилась какая-то баба, которая стала петь «Песни тибетских лам». Это вообще меня как-то прибило… Я думаю: ни хуя себе! Что ж это такое-то делается-то, а?

…

Еще со времен «Коллекционера» у «сплинов» появилась традиция записываться в Москве. В дальнейшем они будут менять студии — «Гранатовый альбом» будет писаться в «Студии SBI», а «25-й кадр» и последующее — в МГСУ. Другой традицией стало писаться либо поздней осенью, либо зимой.

Александр Васильев: Я предпочитаю зиму отсидеть в студии, а летом гулять. Ну кто же летом захочет сидеть на студии? Мы один альбом писали — чуть с ума не сошли. Всю жару пропустили, и не купались, и ничем таким не занимались. Поэтому лучше писаться зимой.

Работа в хорошо знакомой студии Стаса Намина спорилась, аранжировки обрастали деталями прямо в процессе записи, а оформить обложку готового альбома удалось опять с помощью добрых гениев «Сплина» той поры — группы «Алиса».