Читаем Наша музыка. Полная история русского рока, рассказанная им самим полностью

1998 год — это время, когда почти не было новой хорошей музыки. Был, конечно, «Сплин» с «Гранатовым альбомом», был «Мумий Тролль» с «Шаморой» и «Tequila-jazzz» с «Целлулоидом». Но общее впечатление от музыки оставалось сереньким — погоду делал вал невероятной халтуры, которая не заслуживала гордого звания поп-музыки. Длилось это все до 19 августа — дня, который переломил 1990-е пополам.

После кризиса посыпались фирмы, упали цены, полопались репутации — он, как ураган, смел напрочь массу гнили и сухостоя. При всех потерях появились условия для здорового роста — в том числе и в музыке. Новые имена не заставили себя ждать, и первое из них было женским. В 1998 году в Москве и Лондоне девушка по имени Земфира записывает и сводит свой дебютный альбом, который увидит свет лишь весной уже следующего, 1999 года.

Если рассказывать об истории дебютного альбома Земфиры основательно, то начать надо издалека, с начала 1980-х. Тогда маленькой Земфире исполнилось пять лет, мама решила, что дочке пора заняться музыкой, и отвела ее в музыкальную школу. В это же время состоялся и первый теледебют будущей звезды.

Земфира: Года в четыре я выступала на башкирском телевидении, после чего вся группа в детсаду смотрела это по телевизору. Тогда я исполняла песенку «Жил на свете червячок».

Любопытно, что в том же 1981 году на телевидении дебютировала и группа «Аквариум». Но им в отличие от Земфиры пришлось дожидаться эфира почти два года.

К десяти годам вместе с музыкой появилось у Земфиры и еще одно увлечение. Баскетбол. Тренер называл Земфиру компьютером команды, потому что ей удавалось координировать всю площадку и быстро реагировать на сложные ситуации в игре. Серьезный комплимент, правда, если не вспоминать про уровень компьютеров того времени… В 1989 году юная баскетболистка была признана лучшей разыгрывающей среди юниоров, а затем стала капитаном сборной России среди девушек.

Несмотря на нагрузку, музыкальную школу Земфира окончила с отличием.

К этому времени она уже писала какие-то песни, хотя и относилась к ним не слишком серьезно. Но свою первую настоящую вещь Земфира помнит хорошо, и именно с нее началась демо-версия дебютного диска.

Земфира: «Снег» — это была вообще самая первая песня мною написанная. Вернее, что-то такое я писала и до этого. Но для альбома «Снег» стала самой первой песней.

Когда мне было пять лет, я уже писала песни, а родители покупали мне за это мороженое. Но это, знаете, не потому что мне хотелось писать песни, а потому что мне хотелось мороженого. Потом я писала по просьбе мамы — у нее на работе были какие-то праздники, и надо было поддержать их отделение. Потом мне исполнилось четырнадцать лет, я стала играть в переходе, накопила денег и исполнила свою главную мечту: съездила в Петербург. Побывала на могиле Виктора Цоя.

Надо сказать, что игра в подземном переходе, о которой упомянула Земфира, была неплохим способом заработка для музыкально одаренной молодежи. Точнее сказать — была и есть. Тем более что гитара и шапка практически всегда под рукой.

Земфира: Ну почему шапка? Зачем? Есть несколько вариантов. Можно класть кофр — хотя кофр у меня бывал редко. Гитару я брала у друзей: своей тогда у меня не было. Либо можно класть пакетик. Какая шапка? Зачем шапки пачкать? Пакет — и играем!

В переходе можно играть час, от силы два. Потом начинают очень сильно болеть пальцы. И вообще там очень продувает, может заболеть горло. Я тогда играла без медиатора и вообще все делала неправильно. Но зарабатывала очень прилично. Приходила домой с фруктами и вообще родителям подкидывала. Они с ума сходили.

Перейти на страницу:

Все книги серии Дискография

Rammstein: будет больно
Rammstein: будет больно

Наиболее полная русскоязычная биография группы, ставшей самым ярким музыкальным проектом воссоединенной Германии.Немецкая группа Rammstein — безусловно, самый яркий музыкальный проект воссоединенной Германии. После первых же выступлений эта команда вызвала абсолютный шок у большинства музыкальных критиков и прочих деятелей немецкого шоу-бизнеса, а также у политиков всех мастей. На нее ополчились, засыпав обвинениями во всех смертных грехах сразу — от недостойного использования людской трагедии в коммерческих целях до пропаганды садомазохизма, гомосексуализма и фашизма.За последние десять лет этот «танцевально-металлический» коллектив стал культовым, завоевав сердца любителей тяжелого жанра во всем мире. Мнения о Rammstein по-прежнему кардинально расходятся: одни считают их слишком грубыми, скандальными, женоненавистническими; другие восхищаются потрясающим сценическим шоу, провокационными видеоклипами, брутальным имиджем и откровенным содержанием текстов; третьи обвиняют в праворадикальных и даже нацистских взглядах.А шестеро немецких парней поигрывают на сцене накачанными мускулами, заливают концертные залы морем огня и на своем непонятном для большинства слушателей грубоватом языке поют песни о крайних формах любви:Сначала будет жарко,потом холодно,а в конце будет больно. (Rammstein, «Amour»)

Жак Тати

Биографии и Мемуары / Документальное

Похожие книги

Шаляпин
Шаляпин

Русская культура подарила миру певца поистине вселенского масштаба. Великий артист, национальный гений, он живет в сознании современного поколения как «человек-легенда», «комета по имени Федор», «гражданин мира» и сегодня занимает в нем свое неповторимое место. Между тем творческая жизнь и личная судьба Шаляпина складывались сложно и противоречиво: напряженные, подчас мучительные поиски себя как личности, трудное освоение профессии, осознание мощи своего таланта перемежались с гениальными художественными открытиями и сценическими неудачами, триумфальными восторгами поклонников и происками завистливых недругов. Всегда открытый к общению, он испил полную чашу артистической славы, дружеской преданности, любви, семейного счастья, но пережил и горечь измен, разлук, лжи, клеветы. Автор, доктор наук, исследователь отечественного театра, на основе документальных источников, мемуарных свидетельств, писем и официальных документов рассказывает о жизни не только великого певца, но и необыкновенно обаятельного человека. Книга выходит в год 140-летия со дня рождения Ф. И. Шаляпина.знак информационной продукции 16 +

Виталий Николаевич Дмитриевский

Биографии и Мемуары / Музыка / Прочее / Документальное
Ньювейв
Ньювейв

Юбилею перестройки в СССР посвящается.Этот уникальный сборник включает более 1000 фотографий из личных архивов участников молодёжных субкультурных движений 1980-х годов. Когда советское общество всерьёз столкнулось с феноменом открытого молодёжного протеста против идеологического и культурного застоя, с одной стороны, и гонениями на «несоветский образ жизни» – с другой. В условиях, когда от зашедшего в тупик и запутавшегося в противоречиях советского социума остались в реальности одни только лозунги, панки, рокеры, ньювейверы и другие тогдашние «маргиналы» сами стали новой идеологией и культурной ориентацией. Их самодеятельное творчество, культурное самовыражение, внешний вид и музыкальные пристрастия вылились в растянувшийся почти на пять лет «праздник непослушания» и публичного неповиновения давлению отмирающей советской идеологии. Давление и гонения на меломанов и модников привели к формированию новой, сложившейся в достаточно жестких условиях, маргинальной коммуникации, опутавшей все социальные этажи многих советских городов уже к концу десятилетия. В настоящем издании представлена первая попытка такого масштабного исследования и попытки артикуляции стилей и направлений этого клубка неформальных взаимоотношений, через хронологически и стилистически выдержанный фотомассив снабженный полифонией мнений из более чем 65-ти экзистенциальных доверительных бесед, состоявшихся в период 2006–2014 года в Москве и Ленинграде.

Миша Бастер

Музыка
Свободное движение и пластический танец в России
Свободное движение и пластический танец в России

Эта книга – о культуре движения в России от Серебряного века до середины 1930-х годов, о свободном танце – традиции, заложенной Айседорой Дункан и оказавшей влияние не только на искусство танца в ХХ веке, но и на отношение к телу, одежде, движению. В первой части, «Воля к танцу», рассказывается о «дионисийской пляске» и «экстазе» как утопии Серебряного века, о танцевальных студиях 1910–1920-х годов, о научных исследованиях движения, «танцах машин» и биомеханике. Во второй части, «Выбор пути», на конкретном историческом материале исследуются вопросы об отношении движения к музыке, о танце как искусстве «абстрактном», о роли его в эмансипации и «раскрепощении тела» и, наконец, об эстетических и философских принципах свободного танца. Уникальность книги состоит в том, что в ней танец рассмотрен не только в искусствоведческом и культурологическом, но и в историко-научном контексте. Основываясь как на опубликованных, так и на архивных источниках, автор обнажает связь художественных и научных исканий эпохи, которая до сих пор не попадала в поле зрения исследователей.

Ирина Вадимовна Сироткина , Ирина Евгеньевна Сироткина

Публицистика / Музыка / Документальное