Читаем Наша музыка. Полная история русского рока, рассказанная им самим полностью

Александр Васильев: Обложку делала очень симпатичная девушка, жена бас-гитариста группы «Алиса», Настя Самойлова. Там была классная тусовка из оченькрасивых женщин. Это жена Кинчева, жена Самойлова и жена, по-моему, барабанщика «Алисы»… Они как-то все нас опекали. Мы как-то им очень понравились, и они здесь, в Москве, нам помогали. Когда нам было совсем уже нечего жрать, они нам давали деньги. И все они были красавицы, умницы и замечательные. Среди них была девушка Алина Крупнова, которая работает дизайнером, все в одной тусовке.

Как-то она сказала:

— Вы чего, альбом выпускаете? Давайте я вам дизайн сделаю!

И сделала.

Обложка в итоге получилась веселой, разноцветной и очень весенней. Кроме фотографий группы, на развороте были помещены рисунки Саши Васильева. Весной 1997-го диск и выпустили. Уже было солнечно.

Грандиозный успех группы «Сплин» был еще впереди. Он пришел со следующим, «Гранатовым альбомом». Вся страна стала петь про «Орбит без сахара», сама группа «Сплин» в День святого Валентина собрала «Лужники», а 11 августа 1998 года выступила на разогреве на московском концерте «Rolling Stones».

Но это уже была совершенно другая история, а прошлую главу «Сплин» старается не вспоминать.

Александр Васильев: Вообще-то альбом «Фонарь под глазом» я лично терпеть не могу. Это наш самый слабый альбом, и я очень рад, что он уже позади, что все это пройдено… Вкус провала… А-а-а-аааааа!!!

21

Земфира. Альбом «Земфира» (1998)

— «Рельсовая война». Бастующие шахтеры перекрывают крупнейшие железнодорожные магистрали.

— Дефолт в России. Падение курса рубля, отказ от оплаты государственных краткосрочных облигаций.

— Генерал Александр Лебедь становится губернатором Красноярского края.

— Начало строительства Международной космической станции.

— На околоземную орбиту выведен первый модуль — функционально-грузовой блок «Заря».

— Во Франции начинается чеканка монет единой валюты Евросоюза.

— В США разгорается сексуальный скандал, связанный с Моникой Левински.

— На прилавках всего мира появляется новое средство от импотенции — виагра.

— В России начинает полноценное вещание телеканал MTV.


…а из радиоприемников тем временем раздается следующее:

«Aqua» — «Barbie Girl», «Offspring» — «Pretty Fly (For a White Guy)», «Natalie Imbruglia» — «Torn».


В первой половине 1998-го все перечисленные события расценивались совершенно не так, как сегодня. Широкая публика больше интересовалась не перестуком шахтерских касок по Горбатому мостику возле Белого дома, а взаимоотношениями Леонида Агутина с Анжеликой Варум. Или Лолиты с Сашей — как раз тогда распадался кабаре-дуэт «Академия». Жизнь в столицах напоминала карнавал, на котором люди заигрываются и теряют ориентацию в пространстве и времени.

1998 год — это время, когда специалист не самого высокого уровня мог получать более десяти тысяч долларов в месяц. А доллар, напомню, стоил шесть рублей, а компакт на «Горбушке» — пятнадцать… Именно в 1998 году появилась бо́льшая часть анекдотов про «новых русских», при этом самих «новых русских» отстреливали почем зря.

Перейти на страницу:

Все книги серии Дискография

Rammstein: будет больно
Rammstein: будет больно

Наиболее полная русскоязычная биография группы, ставшей самым ярким музыкальным проектом воссоединенной Германии.Немецкая группа Rammstein — безусловно, самый яркий музыкальный проект воссоединенной Германии. После первых же выступлений эта команда вызвала абсолютный шок у большинства музыкальных критиков и прочих деятелей немецкого шоу-бизнеса, а также у политиков всех мастей. На нее ополчились, засыпав обвинениями во всех смертных грехах сразу — от недостойного использования людской трагедии в коммерческих целях до пропаганды садомазохизма, гомосексуализма и фашизма.За последние десять лет этот «танцевально-металлический» коллектив стал культовым, завоевав сердца любителей тяжелого жанра во всем мире. Мнения о Rammstein по-прежнему кардинально расходятся: одни считают их слишком грубыми, скандальными, женоненавистническими; другие восхищаются потрясающим сценическим шоу, провокационными видеоклипами, брутальным имиджем и откровенным содержанием текстов; третьи обвиняют в праворадикальных и даже нацистских взглядах.А шестеро немецких парней поигрывают на сцене накачанными мускулами, заливают концертные залы морем огня и на своем непонятном для большинства слушателей грубоватом языке поют песни о крайних формах любви:Сначала будет жарко,потом холодно,а в конце будет больно. (Rammstein, «Amour»)

Жак Тати

Биографии и Мемуары / Документальное

Похожие книги

Шаляпин
Шаляпин

Русская культура подарила миру певца поистине вселенского масштаба. Великий артист, национальный гений, он живет в сознании современного поколения как «человек-легенда», «комета по имени Федор», «гражданин мира» и сегодня занимает в нем свое неповторимое место. Между тем творческая жизнь и личная судьба Шаляпина складывались сложно и противоречиво: напряженные, подчас мучительные поиски себя как личности, трудное освоение профессии, осознание мощи своего таланта перемежались с гениальными художественными открытиями и сценическими неудачами, триумфальными восторгами поклонников и происками завистливых недругов. Всегда открытый к общению, он испил полную чашу артистической славы, дружеской преданности, любви, семейного счастья, но пережил и горечь измен, разлук, лжи, клеветы. Автор, доктор наук, исследователь отечественного театра, на основе документальных источников, мемуарных свидетельств, писем и официальных документов рассказывает о жизни не только великого певца, но и необыкновенно обаятельного человека. Книга выходит в год 140-летия со дня рождения Ф. И. Шаляпина.знак информационной продукции 16 +

Виталий Николаевич Дмитриевский

Биографии и Мемуары / Музыка / Прочее / Документальное
Ньювейв
Ньювейв

Юбилею перестройки в СССР посвящается.Этот уникальный сборник включает более 1000 фотографий из личных архивов участников молодёжных субкультурных движений 1980-х годов. Когда советское общество всерьёз столкнулось с феноменом открытого молодёжного протеста против идеологического и культурного застоя, с одной стороны, и гонениями на «несоветский образ жизни» – с другой. В условиях, когда от зашедшего в тупик и запутавшегося в противоречиях советского социума остались в реальности одни только лозунги, панки, рокеры, ньювейверы и другие тогдашние «маргиналы» сами стали новой идеологией и культурной ориентацией. Их самодеятельное творчество, культурное самовыражение, внешний вид и музыкальные пристрастия вылились в растянувшийся почти на пять лет «праздник непослушания» и публичного неповиновения давлению отмирающей советской идеологии. Давление и гонения на меломанов и модников привели к формированию новой, сложившейся в достаточно жестких условиях, маргинальной коммуникации, опутавшей все социальные этажи многих советских городов уже к концу десятилетия. В настоящем издании представлена первая попытка такого масштабного исследования и попытки артикуляции стилей и направлений этого клубка неформальных взаимоотношений, через хронологически и стилистически выдержанный фотомассив снабженный полифонией мнений из более чем 65-ти экзистенциальных доверительных бесед, состоявшихся в период 2006–2014 года в Москве и Ленинграде.

Миша Бастер

Музыка
Свободное движение и пластический танец в России
Свободное движение и пластический танец в России

Эта книга – о культуре движения в России от Серебряного века до середины 1930-х годов, о свободном танце – традиции, заложенной Айседорой Дункан и оказавшей влияние не только на искусство танца в ХХ веке, но и на отношение к телу, одежде, движению. В первой части, «Воля к танцу», рассказывается о «дионисийской пляске» и «экстазе» как утопии Серебряного века, о танцевальных студиях 1910–1920-х годов, о научных исследованиях движения, «танцах машин» и биомеханике. Во второй части, «Выбор пути», на конкретном историческом материале исследуются вопросы об отношении движения к музыке, о танце как искусстве «абстрактном», о роли его в эмансипации и «раскрепощении тела» и, наконец, об эстетических и философских принципах свободного танца. Уникальность книги состоит в том, что в ней танец рассмотрен не только в искусствоведческом и культурологическом, но и в историко-научном контексте. Основываясь как на опубликованных, так и на архивных источниках, автор обнажает связь художественных и научных исканий эпохи, которая до сих пор не попадала в поле зрения исследователей.

Ирина Вадимовна Сироткина , Ирина Евгеньевна Сироткина

Публицистика / Музыка / Документальное