Настоящие монстры. Путь к убийству и его последствия

Были в жизни «обычного парня» Питера Сатклиффа и печальные эпизоды. Восьмого ноября 1978 года умерла его мать. Последние четыре года Кэтлин Сатклифф страдала от стенокардии и ишемической болезни сердца и в конце концов умерла от инфаркта в возрасте пятидесяти девяти лет. Питер был убит горем. Он продолжал очень сильно любить свою мать и негодовал на отца за то, что тот мало времени уделял здоровью Кэтлин. Он обвинял Джона в интрижках, которые очень негативно действовали на его жену и стали причиной развития ее болезни.

Расследование нападений маньяка после убийства Веры Милворд ожидаемо зашло в тупик. К сожалению, не имея никаких действительно однозначных изобличающих улик, полицейские в таких делах вынуждены ждать новых происшествий, чтобы опять попытаться нащупать ниточку, которая может привести к убийце. Поэтому, когда преступления прекращались, часто останавливалось и следствие.

Так произошло и в 1978 году. Джордж Олдфилд переключился на другие дела. Деятельность группы по поимке Йоркширского потрошителя была практически заморожена. Следователи уже начали убирать папки с материалами по его нападениям в ящики столов. И снова внезапно, так же как и год назад, Олдфилду доложили о письме от Йоркширского потрошителя. В нем снова говорилось об убийстве «старой шлюхи». Однако на этот раз автор указывал варианты городов, где это может произойти: Галифакс или Ливерпуль.

Были проведены анализы, в том числе слюны. Выяснилось, что группа крови человека, отправившего конверт, совпадает с группой крови убийцы Джоан Харрисон. Однако эту улику нельзя было присовокупить к делу Йоркширского потрошителя, если не привязывать убийство Джоан к его нападениям (чего в полиции делать упорно не хотели). Многие тогда очень скептично отнеслись к этому посланию. И не зря. Оно оказалось ошибочным, хотя и не во всем. Это письмо по каким-то случайным причинам ознаменует новую фазу террора Йоркширского потрошителя.

Началась эта фаза четвертого апреля 1979 года с убийства девятнадцатилетней сотрудницы строительной компании Джозефины Уитакер. Джозефина, или «Джо», как ее называли родные и друзья, жила с матерью и младшим братом в Галифаксе. Их дом располагался всего в полутора километрах от дома бабушки и дедушки, Тома и Мэри Пристли. Том и Мэри обожали внучку, которая каждое воскресенье бывала у них в гостях, зачастую оставаясь ночевать. По сути, девушка с детства жила на два дома и с закрытыми глазами за пятнадцать минут могла добежать из одного в другой. Когда она внезапно посреди рабочей недели решила заглянуть к Пристли, они были очень рады. Повод тоже был приятный. Джо купила новые часы и очень хотела ими похвастаться.

Когда она пришла, бабушки дома не было, поэтому она осталась с дедом смотреть телевизор. Примерно в одиннадцать часов вечера Мэри вернулась, а минут через сорок Джозефина засобиралась домой. Пристли хотели, чтобы внучка осталась с ночевкой, но она не видела никакой опасности в дороге, по которой она проходила чуть ли не ежедневно.

Около полуночи девушка добралась до Сэвил-парка – местности, которую можно описать как обширный луг летом и сплошное белое поле зимой. Там нет никакой растительности, за исключением одной полосы деревьев, окружающей весь парк и красиво отделяющей зеленую зону от дороги.

Джозефина шла вдоль одной из хорошо освещенных дорог, мимо аккуратно посаженных деревьев, когда Сатклифф окликнул ее. Он спросил, который час, и девушка машинально посмотрела в сторону городских часов. В этот момент убийца выхватил молоток и обрушил его на голову жертвы. Когда она упала, он снова ударил ее и потащил вглубь парка, за пределы света фонарей. Накопившаяся за долгие месяцы воздержания ярость захлестнула его, и он начал свой кровавый ритуал. В этот раз Сатклифф решил воспользоваться не ножом, а заточенной крестовой отверткой. Он втыкал ее в тело девушки, стараясь не пропустить ни одного сантиметра вожделенной плоти.

Утром пятого апреля, примерно в половине седьмого утра, женщина, живущая в этом районе, шла на автобусную остановку и увидела на обочине дорожки, проходящей вдоль парка, небольшую коричневую туфлю. Она по инерции поискала взглядом пару, и взор ее зацепился за нечто, лежавшее в десяти метрах от дорожки. В ужасе женщина вызвала полицию.

Вскоре младший брат Джозефины Дэвид, подрабатывающий разносчиком газет, вышел на свою утреннюю смену. Его внимание привлекла толпа зевак и полиции возле какого-то объекта на земле. И тут он заметил прямо возле дорожки небольшую коричневую туфлю.

Мэри Уитакер готовила на кухне завтрак перед очередным будним днем. Она знала, что ее дочь ходила к бабушке с дедушкой и должна была вернуться поздно. Такое случалось нередко, поэтому Мэри спокойно ложилась спать до прихода дочери. В то ужасное утро она даже не подозревала, что в комнате дочери пусто. Ее глаза расширились от ужаса, когда в дом влетел Дэвид, крича, что в парке лежит Джозефина. Мэри даже не поверила сначала словам сына и позвонила в полицию. Но кошмар воплотился в жизнь…