Однако это хоть и короткое, но невероятно разрушительное землетрясение стало только началом настоящего ада на земле. Кроме массового обрушения строений и разломов в почве по всему городу начались пожары. Стоит ли говорить, что все дома по большей части состояли из дерева и сгорали крайне быстро. Пожарные команды не успевали справляться с ситуацией. Система пожаротушения была разрушена землетрясением.
Но, как оказалось, самым страшным для выживших была не паника и потеря родных и близких, а тот факт, что у них не было страховки от землетрясений. Зато страховка от пожара была. Тогда предприимчивые американцы начали самостоятельно поджигать свои дома. Двадцать седьмого апреля 1906 года капитан Леонард Д. Уайлдмэн из Корпуса связи Армии США писал военному секретарю после рапорта о поджоге на набережной: «Имею честь сообщить, что в то утро, когда произошло землетрясение, во время моего возвращения в Алькатраз и Форт-Макдауэлл меня остановил пожарный. Он сообщил, что люди сами поджигали свои дома, так как им сказали, что страховка за здания, пострадавшие от землетрясения, выплачиваться не будет, если здания не будут повреждены пожаром. Эта ремарка не была сделана вовремя, так как из-за спешки по другим делам ею пренебрегли».
На борьбу с последствиями землетрясения были брошены значительные силы. На помощь пришла армия: более четырех тысяч солдат перешли в подчинение гражданских служб. Восемнадцатого апреля мэр Сан-Франциско Юджин Шмитц издал приказ расстреливать на месте мародеров, и этот приказ пришлось привести в исполнение около пятисот раз. Среди расстрелянных были и солдаты, которые, помимо борьбы с последствиями катастрофы, решили разжиться вещами из местных магазинов. Некоторые дома были подорваны динамитом с целью остановить распространение огня. Военные построили более пяти с половиной тысяч временных жилищ. На пляжах были разбиты палаточные городки.
Установлено, что в общей сложности за четверо суток было уничтожено восемьдесят процентов инфраструктуры Сан-Франциско, большая часть – из-за пожаров. Число погибших оценивалось в три тысячи человек, а число оставшихся без крова доходило до трехсот тысяч. И это при общем населении в четыреста десять тысяч жителей.
На тот момент это землетрясение считалось одним из самых разрушительных в мировой истории. Было написано множество статей и книг, которые перевернули сейсмологию и позволили создать новые инструменты для изучения и прогнозирования землетрясений.
Спустя ровно сорок один год после землетрясения в Сан-Франциско, восемнадцатого апреля 1947 года, в городе Салинас, штат Калифорния, в семье Маллин родился второй ребенок. Родители назвали сына Герберт, или сокращенно Херб. Это была обычная благополучная американская семья. Его отец, ветеран Второй мировой войны, много работал и старался обеспечить семью всем необходимым. Он часто рассказывал о своих военных приключениях, воспитывал в детях самодисциплину и честность, был строгим, но не жестоким. Мать Герберта, домохозяйка, была истовой католичкой, уделяющей много внимания религиозному воспитанию своих детей. Отец называл атмосферу в доме «угнетающе религиозной». Но это не особо отражалось на детях. По крайней мере, на первый взгляд.
В 1952 году отец нашел новую работу в городе Фелтоне в округе Санта-Круз, и семья перебралась туда. Херба отправили в школу San Lorenzo Valley High School. Там он проявил себя как очень умный и прилежный ученик. Герберт был ярким и активным мальчиком, без вреда для успеваемости занимался спортом и заводил множество новых друзей и подруг. В старшей школе он играл за местную команду по американскому футболу и был очень популярен среди сверстников. Его выбрали как потенциально «наиболее успешного ученика в будущем» среди одноклассников. В 1965 году он успешно окончил школу и поступил в колледж Cabrillo College на инженера.
Лето 1965 года стало последним в жизни доброго, открытого и умного молодого человека по имени Херб Маллин и первым в жизни серийного убийцы-психопата Герберта Уильяма Маллина.
Вскоре после выпускного вечера лучший друг Маллина Дин Ричардсон погиб в автокатастрофе. Восемнадцатилетний парень очень тяжело это переживал и даже сделал в своей комнате импровизированный алтарь своему погибшему другу. Сидя перед ним в одиночестве, Герберт часами размышлял, пытаясь понять, почему Господь не спас Дина или за какие грехи он мог быть так наказан.
Все по-разному переживают утрату, и родители отлично это понимали. Они старались лишний раз не трогать парня и считали, что время залечит душевные раны, а сын вернется к своей нормальной жизни. Однако вскоре мама Герберта очень сильно обеспокоилась изменениями в его религиозных взглядах. Похоже, что сын не нашел утешения в Господе, которого описывает католицизм. Он начал интересоваться восточными религиями, особенно теми, где говорилось о реинкарнации. Герберт надеялся, что где-то там, на страницах толстых книг, он найдет причину своей потери.