Нацистская оккупация и национальный вопрос

Несмотря на заключенный по итогам событий сентября 1939 г. между СССР и Германией Договор о дружбе и границе, освободительный характер действий советских войск в Западной Белоруссии и на Западной Украине не устраивал нацистское руководство[378], так как такая идеологическая установка дискредитировала Германию в глазах украинского и белорусского населения. Кроме того, Третий рейх имел собственные планы на эти территории. Еще в декабре 1938 г. в оккупированной Праге под контролем германских властей было создано «Украинское ведомство» под руководством Н. Сушко. Немногим ранее, в сентябре 1938 г., когда Закарпатье, входившее в состав Чехословакии, получило автономию, во Внешнеполитическом управлении НСДАП решили использовать этот факт для игры на «украинском вопросе»[379], создав в Закарпатье плацдарм для влияния на украинские области Польши и СССР. Эти планы отпали после того, как в марте 1939 г. Закарпатье было аннексировано Венгрией и украинская автономия была упразднена.

До нападения на Польшу германское руководство вынашивало планы создания из восточных провинций этой страны зависимых от Германии государств, которые стали бы плацдармом для нападения на СССР. Эти планы в определенной мере согласовывались с программой «Организации украинских националистов» (ОУН), созданной в 1929 г. [380], которая ставила своей целью создание самостоятельного украинского государства. Программа ОУН была построена на синтезе интегрального национализма, фашизма и национал-социализма[381]. Хотя ОУН боролась с польским владычеством на Западной Украине, ее антисоветской направленности способствовало реализованное в 1920-х и 1930-х гг. заигрывание властей Польши с украинскими националистами с целью направить их активность против СССР. Так, в сентябре 1937 г. гестапо сообщало, что «заинтересованность Польши в дирижировании украинским вопросом в своем духе очевидна… Варшава ежемесячно платит не менее 6 тыс. марок парижской группе украинцев, чтобы влиять на них в дружественном полякам духе»[382]. На Западной Украине во времена польского владычества распространялись националистические издания, направленные против СССР[383].

Весной 1939 г. были установлены контакты между германскими властями и одним из лидеров ОУН А. Мельником[384]. В июне 1939 г. сотрудник Внешнеполитического управления НСДАП А. Шикеданц направил в рейхсканцелярию меморандум под названием «Восточноевропейские вопросы», в котором представил Западную Украину и Западную Белоруссию как ядро будущих марионеточных образований, с помощью которых Германия могла бы приступить к расчленению СССР[385]. После начала Германо-польской войны нацистская агентура на Западной Украине развила кипучую деятельность по подготовке провозглашения «независимого государства» при подходе германских войск. Руководитель абвера адмирал В. Канарис получил приказ поднять с помощью ОУН восстание в украинских районах, «провоцируя восставших на уничтожение евреев и поляков». Этот приказ был отменен лишь после вступления на польскую территорию Красной армии[386].

Нацистские планы захвата восточных территорий Польши были разрушены вхождением Западной Украины и Западной Белоруссии в состав СССР. Планировавшийся с весны 1939 г. официальный переход всех украинских эмигрантских организаций под крыло ведомства А. Розенберга был отменен, чтобы предотвратить ухудшение отношений с Советским Союзом[387].

Тем не менее в 1939–1941 гг. власти Третьего рейха развивали тайное сотрудничество с украинскими и белорусскими националистами[388]. Германский консул в венгерском Закарпатье открыто содействовал деятельности «мельниковского крыла» украинских националистов (ОУН-М)[389]. Хотя в сентябре 1940 г. гестапо отмечало «радикальное антигерманское направление» у украинских националистов в Генерал-губернаторстве, в том числе у С. Бандеры[390], к началу 1941 г. были налажены отношения и с его крылом ОУН (ОУН-Б), которое получило от Германии финансирование[391]. В феврале 1941 г. абвер провел переговоры с референтом разведки и связи ОУН-Б Р. Ярым, в результате которых было достигнуто соглашение о военном обучении оуновцев. Из числа обученных 800 чел. в составе абвера были созданы диверсионные отряды «Нахтигаль» и «Роланд»[392], которые в июне 1941 г. приняли участие в германском вторжении в СССР.