Нацистская оккупация и национальный вопрос

Антисоветский аспект был реализован в отношении русского народа через пропаганду, что все «советское» является врагом «русского», а «прогерманский», разумеется, был направлен на воспитание дружественного отношения к Германии и немцам. Нацистские пропагандисты считали, что «русское население хочет узнать… о Германии, национал-социализме и фюрере», и разрабатывали материалы на эти темы, «адаптированно к русскому менталитету»[530]. В пропаганде использовались также манипулятивные и провокационные методы. Например, было распространено «Официальное сообщение Германского Верховного Командования» о мифических «зверствах советских властей в отношении германских военнопленных». Сообщалось, что власти рейха воздерживаются от публикации этих материалов в Германии, чтобы «препятствовать возникновению ненависти у немецкого народа к русскому»[531].

Несмотря на то что оккупанты стремились удержать русский национальный фактор в деполитизированных рамках, некоторые круги рейха придерживались другого мнения. Считая, что власть и население в СССР находятся в состоянии антагонизма, они выдвигали идею о создании «альтернативного русского правительства». Особая роль в этом проекте отводилась русским эмигрантам[532]. В марте 1942 г. в недрах вермахта был разработан меморандум, в котором говорилось о необходимости «идеи национальной России, свободной от большевизма»[533]. Одновременно был начат поиск «вождя», который повел бы русский народ на «борьбу против большевизма, за новую Россию»[534]. Предполагалось, что формирование марионеточного «русского правительства», особенно в случае успеха летнего наступления вермахта в 1942 г., сможет изменить ход военных действий, а также склонить Болгарию к участию в войне против СССР[535]. Русские эмигранты были готовы принять участие в таком проекте[536]. После начала войны они стали проникать на оккупированную территорию Советского Союза. В 1941 г. были созданы подпольные группы «Народно-трудового союза» (НТС) в Смоленске, Минске и Витебске[537].

Тем не менее «русское правительство» германскими властями создано не было ввиду противоречия этой идеи целям нацистской войны против СССР. Оккупированная территория России оставалась под военным управлением, и на ней не было организовано даже централизованное «местное самоуправление». Не были официально привлечены к сотрудничеству и основные белоэмигрантские круги. Тем деятелям эмиграции, которые, как видный деятель РОВС А.А. фон Лампе, предложили нацистам свои услуги, было указано «сохранять спокойствие, не обращаться с проектами, воздерживаться от критики и комментариев». Эмигранты для себя объясняли это тем, что иная политика дала бы советскому руководству возможность вести пропаганду, что «с немцами идут «помещики» и «офицерье»[538]. В то же время многие авторитетные в эмигрантской среде лица выступили с антинацистскими заявлениями или отказались подписать антисоветские воззвания; среди них были А.И. Деникин, В.А. Маклаков, митрополит Евлогий (Георгиевский) и великий князь Владимир[539].

Единственный значимый факт наличия самоуправляемой русской гражданской и военной администрации был допущен германскими властями на территории нескольких районов Курской и Орловской областей, с центром в поселке Локоть («Локотской особый округ», или «Локотская республика»)[540]. В ноябре 1941 г. этому региону во главе с волостным бургомистром К.П. Воскобойником[541] было предоставлено самоуправление[542], взамен чего местные жители должны были защищать себя и тыл вермахта от советских партизан[543]. Руководство «Локотского округа» ликвидировало колхозы, раздало крестьянам земельные наделы и инвентарь. «Округ» имел свои больницы, театр, средства массовой информации[544].

25 ноября 1941 г. был опубликован манифест о создании в «Локотском округе» «Народной социалистической партии России «Викинг» («Витязь»)», взявшей на себя обязательство сформировать «правительство, которое обеспечит спокойствие, порядок и все условия для процветания мирного труда». Программа партии состояла из 12 статей, в том числе пункта, призывавшего к беспощадному уничтожению евреев и комиссаров, однако провозгласила амнистию комсомольцам и рядовым членам ВКП(б), а также «комиссарам», которые будут с оружием в руках бороться против «сталинского режима»[545]. В декабре 1941 г. с санкции германского командования руководство «Локотского округа» приступило к созданию добровольческих полицейских отрядов – в основном из числа бывших военнослужащих Красной армии[546]. Советское руководство оценивало деятельность «Локотского округа» как политически опасную, отмечая, что в этом регионе немцы смогли «привлечь значительную часть мужчин в полицию и даже карательные отряды»[547]. В январе 1942 г. НКВД удалось уничтожить Воскобойника. Его место занял Б.В. Каминский[548].