Нацистская оккупация и национальный вопрос

Очевидно, советские власти осознавали шаткость своего авторитета в Прибалтике. Поэтому главное место в политике заняла борьба с политическим, военным и гражданским коллаборационизмом, который получил широкое развитие в этом регионе. Советская пропаганда в первую очередь была адресована прогермански настроенной части населения (к «тем, кто ждал немцев») с целью доказать крушение их надежд. Прибалтийских коллаборационистов стыдили за «предательство своего народа», для чего также распространялась информация о наличии в Красной армии прибалтийских национальных частей. Здесь пропаганда даже прибегала к некоторым преувеличениям. В частности, в листовке на эстонском языке, датированной апрелем 1942 г., говорилось: «Недалек тот день, когда Красная Армия совместно с эстонскими национальными частями освободит эстонский народ из-под ига немецких оккупантов»[775]. После прочтения листовки могло показаться, что на стороне СССР сражается некая самостоятельная «эстонская армия», чего на самом деле не было[776].

Большое место в советской политике в Прибалтике занимала контрпропаганда – в частности, противодействие муссированию вопроса о «насильственных депортациях», за которые нацистская пропаганда стремилась выдать эвакуацию части населения прибалтийских республик, осуществленную в первые дни и недели войны[777]. Разоблачалось «местное самоуправление», созданное германскими властями для маскировки своей оккупационной деятельности[778], а также политика Третьего рейха по колонизации Прибалтики[779].

Непростой для советских властей была задача воздействовать на польское население оккупированной территории СССР. После раздела Второй Речи Посполитой поляки оказались в несколько «маргинальном» положении среди других народов западной части Советского Союза. Поэтому пропаганда, направленная на поляков, подчеркивала их принадлежность к «советской общности», указывала на «исторические традиции борьбы славянских народов против германских захватчиков» и приводила в пример русские, украинские и белорусские партизанские отряды[780]. Поляков призывали уничтожать оккупантов и тем самым помогать Красной армии. Интересным фактом является то, что автором листовки на украинском языке, обращенной к населению Западной Украины, была советская писательница В.Л. Василевская, по национальности полька. Возможно, таким образом подчеркивались «узы дружбы» между украинским и польским народом. Материалы пропаганды на польском языке распространялись также в Западной Белоруссии и восточной части Литвы[781].

Советская пропаганда, использовавшая еврейский национальный фактор, была в основном направлена на еврейское население США, Великобритании и других зарубежных стран[782]. Тем не менее она могла также служить призывом к евреям на оккупированной территории СССР. Воздействие пропаганды здесь, однако, не могло быть велико, так как значительная часть еврейского населения была изолирована германскими властями (помещена в гетто) и подверглась уничтожению.

Советская пропаганда, направленная на крымско-татарское население, была слабой[783]. Отмечался крайний недостаток материалов, адресованных крымским татарам, – было выпущено только несколько листовок и воззваний, в которых от имени крымско-татарской интеллигенции и бойцов Крымского фронта содержались призывы «порвать с немцами»[784]. Слабость пропаганды сопрягалась с тем, что советское командование рассматривало крымских татар как «нелояльный» народ. В 1941–1942 гг. была осуществлена депортация крымских татар (а также немцев, румын, греков и «иностранных подданных») с территории Краснодарского края и Ростовской области.

Материалов советской пропаганды, направленной на немцев – граждан Советского Союза, оказавшихся на оккупированной территории, не выявлено. В условиях войны с Германией немцы были фактически исключены из числа «лояльных народов». В июле 1941 г. советское руководство приняло решение о депортации советских немцев из АССР немцев Поволжья в Сибирь, Среднюю Азию и на Урал. 28 августа 1941 г. был издан соответствующий Указ Президиума Верховного Совета СССР. В сентябре 1941 г. АССР немцев Поволжья была ликвидирована. 8 сентября 1941 г. было издано распоряжение ГКО об «изъятии» немцев из армии, на основании которого в 1942–1945 гг. была проведена демобилизация военнослужащих немецкой национальности (всего 33 516 чел.)[785]. В сентябре и октябре 1941 г. были приняты решения о депортации немцев из западных и кавказских регионов СССР. Признаны «нелояльными» были также граждане финской национальности. 29 августа 1941 г. было решено депортировать из пригородов Ленинграда немецкое и финское население в количестве 96 тыс. чел. (эту операцию полностью завершить в первый период войны не удалось, так как железнодорожное сообщение с Ленинградом было прервано)[786].