Нейробиология здравого смысла. Правила выживания и процветания в мире, полном неопределенностей

Дофамин – это нейрохимическое вещество, которое может иметь отношение к работе. Мы уже обсуждали этот нейромедиатор ранее – его возможное участие в функциях внимания, определения вероятности вознаграждения, и даже участие в проявлении симптомов шизофрении. В целом дофаминовая система вдохновляет на реакции, которые позволяют человеку противостоять трудностям и неудачам и достигать целей наиболее оптимальными способами. Когда достижение цели предполагает далекое будущее, дофамин смягчает это психологическое расстояние, давая ощущение досягаемости цели[330]. Дофамин получил дополнительную функцию вызывания желания награды, а не только классического удовлетворения от вознаграждения[331]. В этом случае не совсем ясно, создает ли дофамин мозговые пузыри или уменьшает их, впрочем, независимо от этого он помогает идти к намеченным целям.

Опыты с грызунами позволяют предположить, что снижение уровня дофамина в области мозга, связанной с вознаграждением, смещает мотивацию грызунов работать за желаемое угощение. При низкой дофаминергической активности они прикладывают меньше усилий, чтобы получить посредственную еду – в противоположность более усердной работе за вкусняшку[332]. Стэн Флореско и его коллеги из Университета Британской Колумбии обнаружили, что повышенный фазный ответ дофамина в вентральной тегментальной области головного мозга побуждал животных делать более рискованный выбор в пользу более желанного угощения, вероятность получения которого была меньше. Это противопоставлялось гарантированному, но менее вкусному вознаграждению[333]. Повышенная склонность к риску, отмеченная у предпринимателей, позволяет предположить, что дофамин может и в самом деле быть одним из важных факторов проведения успешных деловых операций.

Эволюция труда

Как бы ни было интересно классифицировать менеджеров, неменеджеров и предпринимателей, более существенный вопрос о человеческом мозге заключается в том, насколько он запрограммирован на работу. Можно ли сказать, что по сравнению с другими видами животных люди больше настроены на работу? Если работа важна, то могут ли возникнуть какие-либо последствия из-за перерывов в ней?

Если понаблюдать за поведением животных, то можно обнаружить, что работа – занятие, присущее не только человеку. Бобры тратят огромное количество энергии, выступая в качестве инженеров-экологов, когда строят отличные плотины и создают необходимые для выживания запруды. В одном случае раненый бобер, посаженный в клетку для реабилитации далеко от места строительства плотины, пытался выбраться каждый раз, когда слышал спуск воды в унитазе[334]. Еноты, по-видимому, генетически запрограммированы работать в воде[335]. Они часто добывают пищу, лапками отыскивая ее на дне ручья или другого водоема. Когда енотов сажают в клетку и просто дают им еду, они смачивают ее в миске с водой, словно пытаясь имитировать процесс добычи. В главе 2 мы обсуждали инстинктивное смещение, то есть предрасположенность к поиску еды в воде и связи воды с едой, даже в случае легкого доступа к пище[336]. По моему мнению, приз за самую впечатляющую и даже дизайнерскую работу должны получить самцы шалашника, которые не жалея сил и времени строят конструктивно сложные гнезда, а потом украшают их цветами и ракушками, чтобы завлечь самку. Но и после завершения строительства работа самца не заканчивается – чтобы привлечь внимание самки, он должен исполнить брачный танец[337].

Но как происходит у людей? Разве мы не мечтаем не работать ни дня в жизни? По данным Бюро трудовой статистики Соединенных Штатов, люди работают вне дома около восьми часов в день. Кроме того, домашняя работа может отнимать еще около двух часов. В целом работа занимает большую часть активного времени. Так запрограммировано или это необходимые усилия, чтобы сводить концы с концами?

Если результаты моей работы с крысами-рантье можно применить к людям, то при утрате ресурсов (то есть работы) человек может утратить способность противостоять стрессам. Опыты с грызунами наводят на мысль, что работа ради получения желаемого результата действительно необходима для здоровой нейронной обработки, поскольку дает ощущение самостоятельности и самоконтроля в беспорядочном мире, который вовсе не гарантирует получения необходимых жизненных ресурсов.