Читаем Нейробиология здравого смысла. Правила выживания и процветания в мире, полном неопределенностей полностью

Рис. 14.

«Вращающаяся» дверь рабочего пространства (игра слов: evolving door – revolving door). По мере того как люди становятся все более эффективными в своих контингентных расчетах, они создают технологии, которые больше не требуют использования традиционного физического труда. Соответственно, потребность в простых рабочих сокращается (слева), а офисная среда меняет типичное представление об офисном служащем (справа) © Adam Levey

Я – шпион: корректировка мозгового пузыря

Как мама я много размышляю о карьере и образе жизни своих дочерей; одна дочь сейчас учится в колледже, а вторая недавно получила диплом и начала работать. Какие же профессии могут принести им удовлетворение, пусть будут трудными, но увлекательными и в будущем дадут детям все, чего желает каждый родитель? У большинства родителей первые места в списке престижных традиционно занимают профессии врача и юриста. Многие родители, желающие, чтобы их ребенок хорошо зарабатывал, считают, что неплохим выбором может стать профессия инженера. Я, в свою очередь, часто думала о контингентно-расчетном профессиональном обучении, которое даст мне уверенность, что дочери будут готовы к жизненным трудностям и смогут позаботиться о себе, когда меня не будет рядом.

Долгие годы меня интересовала профессия, которая привлекает самых сильных и самодостаточных людей. Шпионаж! Уметь просчитывать ситуацию и предвосхищать результат раньше других, быть физически сильным и ловким, развивать проницательный гибкий ум – все это, несомненно, могло бы гарантировать, что мои девочки смогут справиться с любым вызовом, который поставит перед ними жизнь. Конечно, в этой профессии есть и опасности, и некоторая социальная изоляция, но у любой работы есть свои особенности. Если бы эти недостатки можно было удалить из общей картинки, профессия шпиона занимала бы одно из главных мест в моем списке оптимальных для моих детей.

Но поскольку эти минусы удерживали меня от рассмотрения подобного варианта, мою увлеченность этой профессией можно рассматривать как мысленный эксперимент. Я все больше узнавала об опасности искажающих реальность мозговых пузырей и важности реалистичного контингентного строительства, и становилось понятно, почему я нахожу профессию шпиона такой привлекательной. В 1940-х годах Управлением стратегических служб США был снят замечательный фильм о подготовке разведчиков. Хорошо подготовленный тайный агент должен обладать сверхчеловеческой способностью контингентного строительства без права на ошибку и без малейшей возможности возникновения мозговых пузырей[342]

.

В этом классическом фильме показывается процесс подготовки двух агентов. Им дают задания, и сразу становится видна разница в подходах агентов к их выполнению. Шпион «А» уверен, импульсивен и, возможно, не слишком отличается от идеального киногероя Джеймса Бонда. Однако, в отличие от кино, уверенность агента «А» подорвала его способность успешно выступать разведчиком. В силу чрезмерной самоуверенности он недостаточно тщательно подготовился к заданию. Он полагал, что сможет справиться с любой ситуацией, и не понимал, что без надлежащего контингентного построения «тестового» задания не сможет его выполнить. Работая на рыболовецкой шхуне, агент «А» должен был знать, как местные рыбаки вяжут узлы, и перенять их манеру поведения. Недостатки подготовки агента «А» в итоге привели к разоблачению и провалу миссии.

Агент «Б», в свою очередь, тщательно изучил обстановку, в которой ему предстояло работать. Он выяснил, какую одежду предпочитают местные жители, как стригутся и какие жесты употребляют чаще всего. Кроме того, он детально проработал легенду, объяснявшую его появление в данной местности, и овладел профессией механика, которая позволила ему без проблем устроиться на работу. Таким образом, профессия разведчика требует от человека перед каждым новым заданием заново учиться всему – манере разговаривать, жестикулировать, думать, чувствовать. Контингентное создание нового облика требуется для каждого задания. Для этого нужен сверхгибкий мозг! Более того, воспоминания перетасовываются так, что их на время заменяет вымышленный детский, семейный и жизненный опыт. Порой нужно отказаться от некоторых привычек, например напевать себе под нос, ведь мурлыканье родной мелодии может привести к разоблачению. В ходе подготовки агент «Б» стал бдительным, приобрел необходимую уверенность в себе, что заставляло его мозг быть настороже все время, пока выполнялось задание.

Перейти на страницу:

Все книги серии Научный интерес

Зачем мы спим
Зачем мы спим

До недавних пор у науки не было полного представления о механизмах сна, о всем многообразии его благотворного влияния и о том, почему последствия хронического недосыпания пагубны для здоровья. Выдающийся невролог и ученый Мэттью Уолкер обобщает данные последних исследований феномена сна и приглашает к разговору на темы, связанные с одним из важнейших аспектов нашего существования.«Сон — это единственное и наиболее эффективное действие, которое мы можем предпринять, чтобы каждый день регулировать работу нашего мозга и тела. Это лучшее оружие матушки-природы в противостоянии смерти. К сожалению, реальные доказательства, разъясняющие все опасности, которым подвергаются человек и общество в случае недосыпания, до сих пор не были в полной мере донесены до людей. Это самое вопиющее упущение в сегодняшних разговорах о здоровье. Исправить его как раз и призвана моя книга, и я очень надеюсь, что она превратится для читателя в увлекательное путешествие, полное открытий. Кроме того, книга нацелена на пересмотр оценки сна и изменение пренебрежительного отношения к нему».

Мэттью Уолкер

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Так полон или пуст? Почему все мы – неисправимые оптимисты
Так полон или пуст? Почему все мы – неисправимые оптимисты

Как мозг порождает надежду? Каким образом он побуждает нас двигаться вперед? Отличается ли мозг оптимиста от мозга пессимиста? Все мы склонны представлять будущее, в котором нас ждут профессиональный успех, прекрасные отношения с близкими, финансовая стабильность и крепкое здоровье. Один из самых выдающихся нейробиологов современности Тали Шарот раскрывает всю суть нашего стремления переоценивать шансы позитивных событий и недооценивать риск неприятностей.«В этой книге описывается самый большой обман, на который способен человеческий мозг, – склонность к оптимизму. Вы узнаете, когда эта предрасположенность полезна, а когда вредна, и получите доказательства, что умеренно оптимистичные иллюзии могут поддерживать внутреннее благополучие человека. Особое внимание я уделю специальной структуре мозга, которая позволяет необоснованному оптимизму рождаться и влиять на наше восприятие и поведение. Чтобы понять феномен склонности к оптимизму, нам в первую очередь необходимо проследить, как и почему мозг человека создает иллюзии реальности. Нужно, чтобы наконец лопнул огромный мыльный пузырь – представление, что мы видим мир таким, какой он есть». (Тали Шарот)

Тали Шарот

Психология и психотерапия
Зачем мы спим. Новая наука о сне и сновидениях
Зачем мы спим. Новая наука о сне и сновидениях

До недавних пор у науки не было полного представления о механизмах сна, о всем многообразии его благотворного влияния и о том, почему последствия хронического недосыпания пагубны для здоровья. Выдающийся невролог и ученый Мэттью Уолкер обобщает данные последних исследований феномена сна и приглашает к разговору на темы, связанные с одним из важнейших аспектов нашего существования.«Сон – это единственное и наиболее эффективное действие, которое мы можем предпринять, чтобы каждый день регулировать работу нашего мозга и тела. Это лучшее оружие матушки-природы в противостоянии смерти. К сожалению, реальные доказательства, разъясняющие все опасности, которым подвергаются человек и общество в случае недосыпания, до сих пор не были в полной мере донесены до людей. Это самое вопиющее упущение в сегодняшних разговорах о здоровье. Исправить его как раз и призвана моя книга, и я очень надеюсь, что она превратится для читателя в увлекательное путешествие, полное открытий. Кроме того, книга нацелена на пересмотр оценки сна и изменение пренебрежительного отношения к нему». (Мэттью Уолкер)

Мэттью Уолкер

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Изобретение науки. Новая история научной революции
Изобретение науки. Новая история научной революции

Книга Дэвида Вуттона – история великой научной революции, результатом которой стало рождение науки в современном смысле этого слова. Новая наука – не просто передовые открытия или методы, это новое понимание того, что такое знание. В XVI веке изменился не только подход к ней – все старые научные термины приобрели иное значение. Теперь мы все говорим на языке науки, сложившемся в эпоху интеллектуальных и культурных реформ, хронологические рамки которой автор определяет очень точно. У новой цивилизации были свои мученики (Джордано Бруно и Галилей), свои герои (Кеплер и Бойль), пропагандисты (Вольтер и Дидро) и скромные ремесленники (Гильберт и Гук). Она дала начало новому рационализму, покончившему с алхимией, астрологией и верой в колдовство. Дэвид Вуттон меняет наше представление о том, как происходили эти знаковые преобразования.«Наука – программа исследований, экспериментальный метод, взаимосвязь чистой науки и новой техники, язык отменяемого знания – появилась в период с 1572 по 1704 г. Последствия этого видны до сих пор – и, по всей вероятности, не исчезнут никогда. Но мы не только используем технологические преимущества науки: современное научное мышление стало важной частью нашей культуры, и теперь нам уже трудно представить мир, в котором люди не говорили о фактах, гипотезах и теориях, в котором знание не было основано на свидетельствах и где у природы не было законов. Научная революция стала почти невидимой просто потому, что она оказалась удивительно успешной». (Дэвид Вуттон)

Дэвид Вуттон

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература

Похожие книги

История Бога: 4000 лет исканий в иудаизме, христианстве и исламе
История Бога: 4000 лет исканий в иудаизме, христианстве и исламе

Откуда в нашем восприятии появилась сама идея единого Бога?Как менялись представления человека о Боге?Какими чертами наделили Его три мировые религии единобожия – иудаизм, христианство и ислам?Какое влияние оказали эти три религии друг на друга?Известный историк религии, англичанка Карен Армстронг наделена редкостными достоинствами: завидной ученостью и блистательным даром говорить просто о сложном. Она сотворила настоящее чудо: охватила в одной книге всю историю единобожия – от Авраама до наших дней, от античной философии, средневекового мистицизма, духовных исканий Возрождения и Реформации вплоть до скептицизма современной эпохи.3-е издание.

Карен Армстронг

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Кровавый век
Кровавый век

Книга «Кровавый век» посвящена ключевым событиям XX столетия, начиная с Первой мировой войны и заканчивая концом так называемой «холодной войны». Автор, более известный своими публикациями по логике и методологии науки, теории и истории культуры, стремился использовать результаты исследовательской работы историков и культурологов для того, чтобы понять смысл исторических событий, трагизм судеб мировой цивилизации, взглянуть на ход истории и ее интерпретации с философской позиции. Оценка смысла или понимание истории, по глубокому убеждению автора, может быть не только вкусовой, субъективной и потому неубедительной, но также обоснованной и доказательной, как и в естествознании. Обращение к беспристрастному рациональному исследованию не обязательно означает релятивизм, потерю гуманистических исходных позиций и понимание человеческой жизнедеятельности как «вещи среди вещей». Более того, последовательно объективный подход к историческому процессу позволяет увидеть трагизм эпохи и оценить героизм человека, способного защитить высокие ценности.

Мирослав Владимирович Попович

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Логика чудес. Осмысление событий редких, очень редких и редких до невозможности
Логика чудес. Осмысление событий редких, очень редких и редких до невозможности

Мы живем в мире гораздо более турбулентном, чем нам хотелось бы думать, но наука, которую мы применяем для анализа экономических, финансовых и статистических процессов или явлений, по большей части игнорирует важную хаотическую составляющую природы мироздания. Нам нужно привыкнуть к мысли, что чрезвычайно маловероятные события — тоже часть естественного порядка вещей. Выдающийся венгерский математик и психолог Ласло Мерё объясняет, как сосуществуют два мира, «дикий» и «тихий» (которые он называет Диконией и Тихонией), и показывает, что в них действуют разные законы. Он утверждает, что, хотя Вселенная, в которой мы живем, по сути своей дика, нам выгоднее считать, что она подчиняется законам Тихонии. Это представление может стать самоисполняющимся пророчеством и создать посреди чрезвычайно бурного моря островок предсказуемости. Делая обзор с зыбких границ между экономикой и теорией сложности, Мерё предлагает распространить область применения точных наук на то, что до этого считалось не поддающимся научному анализу: те непредсказуемые, неповторимые, в высшей степени маловероятные явления, которые мы обычно называем чудесами.Если вы примете приглашение Ласло Мерё, вы попадете в мир, в котором чудеса — это норма, а предсказуемое живет бок о бок с непредсказуемым. Попутно он раскрывает секреты математики фондовых рынков и объясняет живо, но математически точно причины биржевых крахов и землетрясений, а также рассказывает, почему в «черных лебедях» следует видеть не только бедствия, но и возможности.(Альберт-Ласло Барабаши, физик, мировой эксперт по теории сетей)

Ласло Мерё

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / Зарубежная публицистика / Документальное