Наблюдая изменения в мозге матерей, Суэйн также заинтересовался исследованием паттернов активности в мозге отцов. В то время как у матерей между 3-й и 15-й неделями после рождения ребенка в гипоталамусе и префронтальной коре – областях, которые раньше ассоциировались со скоростью реакции, отмечалась повышенная активность, в некоторых корковых областях, например в орбитофронтальной, ученые зафиксировали странное снижение активности. Это в самом деле головоломка: регистрировались противоположные негативные корреляции между отцовской депрессией и ростом активности в некоторых областях мозга, что указывало на то, что отцы с большей мозговой реактивностью меньше испытывали депрессию после рождения ребенка[225]. Мозг отцов тоже меняется с появлением потомства, но необходимы еще исследования, чтобы определить, как пластичность мозга различается между полами. Эта информация может быть полезна для определения лучших практик, способных поддержать здоровые родительские стратегии.
Хотя я не оценивала родительские изменения в мозге человека, мы с коллегами и студентами изучали воздействие родительства на представителей двух замечательных моногамных видов – эдипова тамарина и трехполосого дурукуля. Мне повезло, что я проводила неинвазивные полевые исследования с несколькими видами приматов в сотрудничестве с природоохранной организацией Дю-Монд в Майами, Флорида. Нам не терпелось узнать, насколько эффективными кормильцами будут матери и отцы по сравнению с грызунами. Мы поставили фуражное дерево, на котором развесили по-разному помеченные резиновые мешочки с различным количеством лакомства: например, в мешочке с вертикальными полосками было два кусочка сладкой добычи, горизонтальные полоски указывали на один кусочек, а пентаграммой были отмечены пустые мешочки. Развесив приманку, мы стали наблюдать за тактикой добычи пищи, которую проявляли обезьяны. Конечно, приматы обоих видов, имевшие родительский опыт, чаще заглядывали в наполненные мешочки[226]. Более того, анализ мочи трехполосых дурукулей показал, что у обезьян-родителей был понижен уровень гормонов стресса, а это позволяло предположить, что, как и грызуны, где-то к середине своего родительского пути обезьяны стали более эмоционально устойчивыми. Думаю, родители всего царства млекопитающих будут рады узнать, что свидетельства, полученные с помощью крыс, людей и обезьян, подтвердили – рождение потомства действительно перепрограммирует контингентные расчеты, особенно контингенции, связанные с поиском пищи и поддержанием эффективных эмоциональных реакций.
Хотя «цунами» мозговых изменений возникает, чтобы подготовить самку к изменяющимся контингенциям, сопровождающим материнство, даже такая отличная трансформация не всегда может противостоять физическим и эмоциональным вызовам, а также вызовам окружающей среды, встающим перед некоторыми мамами. Я всегда напоминаю студентам, что большая часть исследований животных проводится в условиях, когда все их потребности удовлетворены – у них есть еда, вода, безопасность, комфортная температура и т. д. Разумеется, сидеть в лабораторной клетке неприятно, но зато там отсутствуют угрозы, с которыми сталкиваются грызуны в природе. В случае истощения ресурсов крыса-мать должна озаботиться не только сохранением потомства, но и сохранением собственной жизни. Значительное перераспределение ресурсов происходит при их существенном уменьшении, и как раз в этом случае, в тяжелых условиях, мать старается спасти свое потомство.