Нейробиология здравого смысла. Правила выживания и процветания в мире, полном неопределенностей

Нэш вооружился стратегией самовосстановления, но обычно упор на реабилитацию контингентно-расчетных цепей для борьбы с психическим расстройством не стоит считать ключевым. На самом деле с большой натяжкой можно использовать слово «стратегия» при описании многих популярных видов лечения психических расстройств. Некоторые из этих методов появились случайно, а не благодаря стратегическим, обоснованным гипотезам. Тот факт, что мы не видим ожидаемого снижения уровня подобных заболеваний, подтверждается незначительным прогрессом на этом фронте. На сегодняшний день примерно полтора миллиона взрослых американцев страдает различными заболеваниями психики, что мешает им обрести личное счастье, а также не дает удержаться на работе и укрепить свое благополучие, – прогресс, несомненно, идет очень медленно. По оценкам экспертов, потери, вызванные этими заболеваниями, включающие расходы на лечение и социальную службу, а также потерянные зарплаты, ежегодно достигают 500 миллиардов долларов[262]. Каждый семестр я повторяю своим студентам: пациенты заслуживают лучшего. Стратегические методы должны прийти на смену бессистемному лечению прошлого, они должны не просто временно облегчать симптомы болезни, но выводить пациента на путь полного выздоровления. Хотя существует множество причин для возникновения психических расстройств – от генетических нарушений до влияния окружающей среды, исследователи и клиницисты все еще надеются, что люди с подобными расстройствами личности смогут восстанавливать работоспособность.

В этой главе мы рассмотрим разные способы лечения психических заболеваний, но с упором на точные контингентно-расчетные функции. Сначала я расскажу о чрезвычайном случае, когда врач с достойной лучшего применения тщательностью понизил способность пациентки совершать контингентные расчеты. Без стратегической обработки она больше не могла эффективно взаимодействовать с окружающим миром и впала в полную зависимость от врача.

Контингентэктомия Шери

Как-то мне на электронную почту пришло письмо от некой Шери Дж. Шторм, пациентки Кеннета Ольсона, психиатра, практиковавшего в то время в Милуоки, штат Висконсин. Ранее в учебнике по клинической неврологии я уже описывала историю другой пациентки Ольсона, Надин Кул, в качестве примера того, насколько разрушительным может быть так называемое психиатрическое лечение, если его эффективность изучена не досконально. Я узнала о случае Надин из газет и передачи «60 минут», в которой рассказывалось о том, как Ольсон лечил свою пациентку.

Я связалась с Надин, и та рассказала мне, что стала посещать доктора Ольсона, чтобы избавиться от тревожного состояния, которое возникло после того, как ее дочь получила серьезную травму. Она и представить не могла, какой кошмар ее ждал. У Надин диагностировали расщепление личности, по мнению врача, в ее голове разместились более двухсот сущностей (включая невесту Сатаны и парочку животных). Женщину «лечили» гипнозом и различными психоактивными веществами. После нескольких совершенно необязательных госпитализаций, обнуливших ее страховку, был даже проведен обряд экзорцизма, причем рядом со священником поставили огнетушитель на случай самовозгорания одержимой. Абсурдность этих «лечебных» методов в конце концов стала очевидной, и Надин подала на психиатра в суд; в конечном итоге она согласилась отозвать иск, получив от Ольсона 2,4 миллиона долларов отступных[263].

И тут появилась Шери, которую возмутило такое окончание судебного процесса, ведь Надин несколько недель подвергалась назойливым и унизительным допросам адвокатов Ольсона, и это притом что самого психиатра допросили гораздо позже. Но главное заключалось в том, что при таком соглашении Ольсон освобождался от уголовной ответственности, а Шери очень рассчитывала на суд и обвинительный приговор. Шери прочитала мою статью из малоизвестного журнала Journal of Undergraduate Neuroscience Education, в которой я анализировала произошедшее с Надин. Она указала мне на ошибку: я написала, что дело Надин было урегулировано в судебном порядке, но конечно же оно было внесудебным[264]. Понятно, что Шери была расстроена моими далеко не точными юридическими подробностями. Я и сама расстроилась. Позже я узнала, что Шери тоже была пациенткой Ольсона. Я пересмотрела передачу о Надин и, как и ожидала, увидела Шери, которой ведущий задавал вопросы, представив ее аудитории тоже как пациентку скандального доктора. Кроме Надин и Шери в программе участвовало еще три человека с похожими историями. У меня екнуло сердце – еще одна жертва лженаучного лечения. Я посочувствовала Шери, поскольку догадывалась, через что она прошла, и попросила ее рассказать детали истории. Конечно, я предупредила женщину, что я нейробиолог, а не практикующий врач, но смогу ее выслушать, и мы вместе попытаемся разобраться, как залечить психологическую травму, основываясь на моем знании того, какое воздействие она могла оказать на нейронные функции и психическое здоровье мозга.