У нас дома от Николае Чаушеску, президента социалистической Румынии, а тогда второго человека в румынской компартии, после его приезда в Москву в 1960 году остался огромный, довольно невзрачный палас с черно-желто-зелеными точечками на бежевом фоне. Есть несколько официальных картин от Неру из Индии; китайские сундучки от Мао, но ничего суперграндиозного.
Насер подарил Хрущеву четыре роскошных автомобиля, и Микоян утверждал, что первый секретарь их оставил себе. Один действительно оказался у Аджубея; он его получил лично от египтян во время визита туда советской делегации весной 1964 года на закладку Асуанской плотины, спроектированной советскими инженерами.
Второй «Наср» — так назывались эти египетские «фиаты» — Хрущев передарил Гонтарю, который потом в Киеве прятал машину у Миколы Бажана в гараже, чтобы не пришлось отдавать после отставки тестя.
Другие машины, по словам тети Рады, уехали в разные организации, как до этого уезжали прочие подаренные в иностранных поездках автомобили — «Роллс-ройс», «Мерседес», «Кадиллак» из поездки в США — в НИИ топливной аппаратуры для изучения (по типу швейцарских часов из Женевы 1955-го), или в дома престарелых для старых большевиков. Кстати, в 1956 году за ранние успехи в поднятии целины Хрущев наградил «Шевроле» первого секретаря ЦК компартии Казахстана Брежнева — Леонид Ильич уже тогда славился любовью к автомобилям.
Рада тоже машину получила — «Рено-Каравеллу», — когда была во Франции, но попользоваться ею не удалось. Автомобиль вскоре отправили куда-то на нужды народа.
Во время египетского визита большим скандалом стали не машины, а скоропалительное вручение Насеру звезды Героя Советского Союза. Насер наградил Хрущева высшим орденом «Ожерелье Нила», и надо было это «переплюнуть».
Египетская награда «Ожерелье Нила» и звезда Героя СССР
Решение первого секретаря дать главное почетное звание СССР не только самому президенту, но и его вице-президенту Амеру, стало скандалом. У Насера были неоднозначные отношения с нацизмом. Для египтян Гитлер считался инструментом освобождения от ненавистного господства англичан. Но никаких свидетельств о личном сотрудничестве Насера с фашизмом не было, и после войны его антибританская политика привлекла борющегося с колониализмом Хрущева. За взаимную поддержку обе стороны не скупились на дары: после первого приезда египтянина в Москву в 1958 году ему предоставили не только долгосрочный «кредит», но и послали в Египет технику и инженеров, в том числе и для постройки Асуанской плотины.
Хрущев настаивал, что согласовал решение с Москвой, но одно дело шляпами меняться с портовыми рабочими в Америке, а другое «Героев» раздавать.
Н. С. Хрущев, А. И. Аджубей и Г. А. Насер на Асуанской плотине
Высоцкий хорошо относился к прадедушке, но не сдерживал беспощадных слов:
Потеряю истинную веру,Больно мне за наш СССР!Отберите орден у Насера —Не подходит к ордену Насер! А по кухням гуляла еще более ядовитая народная частушка: