Никита Хрущев. Вождь вне системы

Я знала, что в Петрово-Дальнем ее никогда не было и что пленки ей отдал Луи, но при гостях разоблачать не стала. Когда мы остались вдвоем, я все-таки спросила, как ей удалось сделать фильм, не ступив ногой на прадедушкину дачу. Люси гордо ответила, что они все заранее обговорили с Луи. «Значит, поэтому он так настаивал на визите», — сказала мама, когда я рассказала ей о разговоре с Люси. «Это были подлые кадры», — злилась она, уверенная, что «Луй рвался к бывшему премьеру по заданию КГБ». Сделать из жизни того западную сенсацию, дать Кремлю повод обвинить Хрущева в нелояльности. Фильм действительно вызвал недовольство властей.

Неприятности были и у папы. АПН отозвало совместный с Эн-би-си проект о советских тюрьмах — об их реформе со времен ГУЛАГа. За него отвечал папа по заданию своего друга и бывшего коллеги по спецслужбам Георгия Большакова, который теперь руководил документальными программами АПН. Большакову пришлось сообщить президенту Эн-би-си Уильяму Макэндрюсу, что «показ не желателен в 50-летнюю годовщину революции»[915], дав понять, что проблемы связаны с фильмом о Хрущеве.

Его показ также совпал со скандалом из-за публикации мемуаров Светланы Аллилуевой «20 писем к другу». Чтобы сбить нараставший ажиотаж вокруг ее эмиграции в США, Луи при помощи разных манипуляций продал пиратскую копию книги немецкому журналу «Штерн». «Чувствительные» для Кремля эпизоды были отредактированы и опубликованы там летом 1967 года, а в августе в «Нью-Йорк таймс» вышла статья о связи кремлевских властей с Луи, «высоким блондином» с русским паспортом[916]. В статье упоминается, что именно он «делал интервью с бывшим советским премьером Никитой С. Хрущевым, позднее использованное в документальном фильме Эн-би-си».

Луи служил связующим звеном, санкционированным каналом утечки информации и дезинформации. Андрей Сахаров однажды описал его как «гражданина СССР и корреспондента английской газеты (беспрецедентное сочетание), активного и многолетнего агента КГБ, выполняющего самые деликатные и провокационные поручения»[917]. Летом 1984 года весь мир обеспокоенно следил за голодавшим в Горьком (Нижнем Новгороде) ссыльным лауреатом Нобелевской премии мира. Тогда Луи продал западногерманской желтой газете «Бильд» кадры, показывавшие «ежедневную жизнь» вполне здорового правозащитника. Эти снимки были сделаны КГБ еще до голодовки, но Луи представил их как свежайшую информацию. Западная общественность успокоилась. Кампания в поддержку Сахарова пошла на спад. Цель КГБ была достигнута.