Новое зло. Особенности насильственных преступлений и мотивации тех, кто их совершает

Неблагоприятные генетические факторы могут способствовать определенной склонности к насилию, в особенности у детей и подростков мужского пола, в том числе факторы, связанные с шизофренией, биполярным расстройством, синдромом дефицита внимания/гиперактивности (СДВГ) и аутизмом. Эти состояния традиционно рассматриваются как клинически отдельные, однако с точки зрения физиологии мозга мы понимаем, что они возникают из схожих источников, тех областей лимбической системы, которые предрасполагают человека к гиперактивности[1004]. Неблагоприятные жизненные обстоятельства в детстве и последующей жизни могут подтолкнуть клинические проявления в том или ином направлении в последующие годы[1005]. Если ребенка усыновили, то зачастую становится трудно или невозможно получить адекватную информацию о его возможных генетических особенностях. Например, мы не знаем ничего о биологическом отце Николаса Круза, а психологическая картина матери была неблагоприятной. Недавно стало известно, что Линда и Роджер Круз организовали усыновление через адвоката в частном порядке[1006]. Очевидно, что Николасу досталось не самое лучшее генетическое наследство. Помимо уже упомянутых заболеваний, имевшихся у него в раннем детстве, его приемная мать рассказывала близким людям, что он также страдал аутизмом и обсессивно-компульсивным расстройством. Он был своеобразным, не мог завести друзей, был непослушным и нарушал дисциплину в школе, которую так и не смог окончить. Вопросы, связанные с усыновлением, делают эту тему противоречивой, очень чувствительной и даже табуированной. Она похожа на «третий рельс», который политики и исследователи боятся затронуть, когда говорят о различиях между этническими группами. Один из аспектов касается еще одного непреднамеренного последствия расширения прав женщин на контроль над собственным телом и судьбой. У женщин в более благоприятных обстоятельствах реже случается нежелательная беременность, и они реже отдают своих детей на усыновление. Среди детей, отданных на усыновление, чаще, чем это было до 1960-х годов, встречаются генетические или «конституционные» недостатки, то есть связанные с неблагоприятными факторами, которым они были подвержены во время внутриутробного развития, такими как употреблением матерью алкоголя или наркотиков, или в случае усыновления из детских домов Восточной Европы, недостатки, связанные с пребыванием в детском доме в течение многих месяцев или даже двух или трех лет[1007]. Хотя нам неизвестно, какой процент школьных стрелков происходят из генетически неблагополучной среды, представляет интерес тот факт, что среди серийных убийц – явления, которого до 1965 года почти не существовало – процент усыновленных составляет приблизительно 16, что примерно в восемь раз превышает средний показатель среди американского населения[1008]. Помимо этих потенциальных неблагоприятных факторов, которые могут сыграть свою роль в рождении тех, кто впоследствии станет школьным стрелком, – и мы можем даже включить в число «генетических» факторов принадлежность к мужскому полу (то есть наличие Y-хромосомы), существуют и важные постнатальные факторы, которые необходимо принимать во внимание.

Кроме того, необходимо рассмотреть факторы, связанные с внешностью, с которой человек рождается, потому что они оказывают сильное влияние на то, как человека воспринимают и как к нему относятся окружающие. В своей биографии пара Эрика Харриса и Дилана Клеболда, совершивших стрельбу в школе «Колумбайн», Каллен описывает обоих как людей с нормальной внешностью, но при этом недовольных ей: У Эрика был «длинный острый нос, покатый лоб и слабовыраженный подбородок. Ему не шла его прическа». Дилан же был «значительно менее красивым, чем Эрик… Он ненавидел чрезмерно крупные черты своего слегка перекошенного лица. Свой нос он сравнивал с огромной картофелиной»[1009]. Поскольку оба стремились быть популярными среди «красоток», они чувствовали себя ущемленными, словно невозможность получить желаемые свидания гарантировала им унижения со стороны других учеников. Вместе с тем их самооценка даже близко не была такой низкой, как у действительно чудаковатого на вид Адама Ланзы. Все это подпитывает агрессивность и озабоченность подростков своей сексуальной привлекательностью; чем ниже самооценка, тем сильнее школьные стрелки реагируют на издевательства со стороны сверстников. Чувство безысходности из-за отсутствия успеха у противоположного пола подтолкнуло некоторых из этих подростков и молодых людей не только к убийствам школьников, но и к самоубийству – последнему акту их жизненной драмы.

К самоубийству прибегает более половины школьных стрелков, как и в случае с массовыми убийцами в целом.