Новое зло. Особенности насильственных преступлений и мотивации тех, кто их совершает

Бо́льшая часть рассматриваемых здесь дел попадает в категорию дел с менее достойными опеки отцами. Отцы, которых я отнес к этой категории, делятся на два основных типа. В одну входят в высшей степени эгоцентричные индивиды, испытывавшие сильную неприязнь – а точнее, презрение – к своим бывшим женам. Их настойчивое желание получить опеку возникло скорее из мести, чем из глубокой привязанности к своим детям. Захватив самое дорогое «имущество» матерей – их детей, – эти отцы надеются причинить как можно больше боли своим бывшим женам. В качестве довольно болезненной аналогии я напомню читателю о стрельбе в школе в 1996 году, которую устроил Томас Гамильтон из Шотландии, описанной ранее в этой книге. После того как родители нескольких школьников обвинили его в педофилии, он не стал вымещать свой гнев на родителях, чьи страдания были бы очень недолгими. Вместо этого он расстрелял их 16 детей, зная, что тем самым продлит страдания родителей до конца их дней[1037]. Другой важной особенностью этих злобных отцов является то, что они не растлевали своих дочерей и их не обвиняли в этом матери. Эти отцы действовали совершенно на другом уровне – назло. Вторая, более многочисленная группа менее достойных опеки отцов сексуально совращала своих дочерей, а в одном случае и сына, иногда не слишком продолжительно и жестоко, но достаточно, чтобы мать подала в суд на развод и опекунство. В других случаях растление доходило до инцеста. В известных мне случаях отцы были хорошо обеспечены и не жалели средств, чтобы избежать публичного унижения. Они всячески пытались очернить имена матерей, получить опеку, «доказав», что они, отцы, были «более достойными» родителями, и избежав общественного осуждения. Даже в многочисленных случаях откровенного инцеста между отцом и дочерью с половым актом, с которыми я сталкивался, когда изучал истории госпитализированных молодых женщин с пограничным расстройством, я никогда не видел, чтобы состоятельного отца посадили в тюрьму за это преступление – это было уделом лишь нескольких отцов с низким уровнем дохода. У дочерей, ставших жертвами инцеста, особенно со стороны отца, риск депрессии, пограничного расстройства личности и самоубийства заметно выше среднего[1038]. В качестве примера можно привести самоубийство музы Энди Уорхола, Эди Седжвик, 1943 года рождения, которая свела счеты с жизнью в 1971 году. Мне кажется ироничным, что в Ветхом Завете инцест не только считался тяжким грехом, но и карался смертью (Левит 20:11–21); еще более иронично, что среди множества разновидностей инцеста не были перечислены инцест между отцом и дочерью и между отцом и сыном.

В последние годы некоторые организации, ориентированные на отцов, утверждают, что отцы стали вымирающим видом в судах по опеке, поскольку матери несправедливо обвиняют их в сексуальных домогательствах без каких-либо проступков с их стороны. Они считают это примером отчуждения родителей. Это понятие популяризовал детский психиатр доктор Ричард Гарднер, хотя синдром отчуждения родителей никогда не был обоснованным диагнозом и не был принят в официальную номенклатуру психиатрии[1039]. По моему опыту не так уж часто случается, что мать указывает пальцем на бывшего мужа, который приставал к их дочери, в то время как отец был невиновен. Чаще всего матери удается документально подтвердить факт неподобающего сексуального поведения, иногда отведя ребенка к педиатру сразу после инцидента или записав звуки или крики, которые явно указывают на такое поведение.

Менее достойный опеки отец, движимый злобой