Новому человеку — новая смерть? Похоронная культура раннего СССР

Строительство крематория в Ростове-на-Дону было начато в 1932 году, однако в 1935-м было приостановлено. К этому времени был завершен остов здания. В 1938 году проект был переработан с целью уменьшения размера постройки и сокращения расходов на строительство. Крематорий предполагали оборудовать электрическими кремационными печами, новейшей разработкой советских инженеров691. Однако проект так и не был завершен. В 1954 году, когда городские власти Ростова вновь вернулись к решению вопроса переполненных кладбищ, строительство крематория больше не обсуждалось и решение было найдено в открытии нового городского кладбища, строительство которого было намечено на 1955 год692.

В 1940-е годы был разработан проект строительства крематория в г. Горьком (Нижний Новгород), однако уже в 1948 году проект был сильно сокращен693, а согласно производственно-финансовому плану по Тресту похоронного обслуживания г. Горького на 1953 год, строительство крематория более не предусматривалось694.

Наиболее успешным кремационный проект оказался на Украине. Первые упоминания о строительстве крематория в Харькове относятся к 1920-м годам. В этот период Харьков был не просто крупнейшим городом Украины, но в течение нескольких лет являлся ее столицей и в дальнейшем долгое время носил неофициальное название «второй столицы» УССР и «третьей столицы» СССР. Таким образом, успех строительства крематория именно в этом городе может объясняться его важным политическим значением. Крематорий был открыт в 1935 году и успешно проработал до 1941-го. В августе 1941 года крематорий был уничтожен во время одной из первых немецких бомбардировок города и так и не был восстановлен после войны695.

Ил. 26. Дуплицкий П. С. Проект второго крематория в Москве Модернизируется также и сама технология кремации. На протяжении 1930-х годов ведутся разработки нового типа кремационной печи — работающей не на дровах или коксе, а на электричестве. Испытания новой печи системы инженера Железняка проводились в 1934-1935 годах на опытной трупосжигательной станции, устроенной в Никольской кладбищенской церкви в Ленинграде696. Именно такая печь должна была быть установлена в крематории Ростова-на-Дону. Конечно, электричество было еще одним технологическим завоеванием нового вида погребения, приближало кремацию еще больше к широко обсуждавшейся индустриализации и «технологическим завоеваниям социализма».

Трудности распространения кремации, безусловно, были связаны со сложностью и высокой стоимостью строительства крематориев. При составлении смет и строительстве Донского крематория в Москве планировалось выйти на самоокупаемость в первые несколько лет работы, а в последующие годы окупить затраты на его строительство. Однако уже ко времени открытия крематория в 1927 году стало ясно, что этот план едва ли осуществим. Общественное мнение, несмотря на все усилия членов ОРРИК, не было на стороне новой погребальной практики. При нормальной суточной пропускной способности крематория в 18 трупов (максимальная — 36) в действительности в 1927-1928 годах число сожжений не превышало шести, из которых только одно было платным697. Очередей из желающих быть кремированными, которые представляли себе Гвидо Бартель и его единомышленники, не предвиделось. Расчетная стоимость кремации, необходимая для того, чтобы крематорий стал самоокупаемым, была почти в 10 раз выше стоимости погребения в земле, что еще меньше способствовало популярности «огненного погребения». Для того чтобы привлечь клиентов в крематорий, МКХ был вынужден несколько раз корректировать тарифную сетку, отказавшись от идеи окупить затраты на строительство и выйти на самоокупаемость. И даже после существенной коррекции тарифов на кремацию она стоила дороже традиционного и привычного погребения в землю, а крематорий не удавалось загрузить и на половину проектной МОЩНОСТИ698.

Общество распространения и развития идей кремации, однако, не теряло надежду на успех популяризации новых похорон. В январе 1929 года при перерегистрации Общество ходатайствует перед НКВД о распространении деятельности Общества на весь Союз и о переименовании его из Всероссийского в Союзное в связи с особенно важным идеологическим и политическим значением699. Аналогичное прошение Общество подает и в июле 1933 года700. Однако это предложение было признано ЦИК оба раза преждевременным, и Обществу было отказано. С точки зрения властей продолжение массовой пропаганды кремации было явно излишним.

В марте 1928 года бюро секций Моссовета при МКХ обращается с предложением к Похоронному отделу о том, чтобы ввиду предполагаемой (но еще не наступившей) полной загрузки первого крематория «приступить к подысканию участка и разработке плана второго крематория, причем желательно ближе к центру»701. Однако Похоронный отдел был вынужден оставить это предложение без рассмотрения ввиду полного отсутствия средств в бюджете702 — строительство второго крематория явно не входило в планы первоочередного финансирования.