О женской стыдливости

Начиная с XIX века интериоризация взгляда другого человека привела к развитию концепции иной стыдливости — основанной не на чувстве стыда, а на чувстве уважения. Мы видим это на примере произведений французского писателя Оноре де Бальзака и работ датского философа и писателя Сёрена Кьеркегора. Немецкий философ и социолог Макс Шелер осмысляет этот новый подход и различает стыдливость-стыд (Scham) и чувство стыдливости (Schamgefühl), которое побуждает нас оторваться от низшего биологического мира и приблизиться к нашей «божественной высоте». Вспоминая четыре критерия Античности, можно сказать, что стыдливость является абсолютной, поскольку она определяется особым положением человека между животным миром и миром Божественным, для обоих из которых чувство стыдливости неведомо. Но она уже не является только женским чувством, она не зависит от постороннего взгляда и основана больше на чувстве самоуважения, а не на чувстве стыда перед лицом другого человека. Несмотря на все это, навязчивая идея беспокойства, идущая от нашей животной сущности, все же связывает стыдливость со стыдом. Чтобы избавиться от него, она нуждается в возвышенном ориентире: человек достоин уважения, только если он осознает свою божественность.

Исчезновение из Уголовного кодекса Франции любых упоминаний о стыдливости в пользу практических действий, относящихся к понятию приличия, дает новое пространство чувству стыдливости, которое отныне больше не смешивается с поведением, определенным рамками закона. В 1990-2000-е годы именно женщины хотят как можно больше освободиться от старых демонов стыда. Они тысячелетиями подчинялись мужскому представлению о чувстве стыдливости, воплощением которого они считались. И если существует оправдание истории женской стыдливости, то оно состоит в том, что наконец-то мы можем узнать, что думают об этом чувстве сами женщины.

Так, Клод Абиб в своей книге «Стыдливость, Сдержанность и Смущение» (1992), обращая внимание на амбивалентность в рассуждениях о стыдливости в работах французского философа Владимира Янкелевича, приходит к выводу, что это чувство можно считать одновременно и силой, и слабостью. Выбор между «намеренной сдержанностью» и «панической неуверенностью» может быть сделан в зависимости от того, на чем основана стыдливость — на симпатии или чувстве стыда. В юности Клод Абиб пыталась примкнуть к феминистскому движению. И через двадцать лет она осознает, что то, против чего она боролась, — это стыдливость-стыд, чувство, которое насильно вдалбливали в голову женщин и с которым покончили в конце XX века. Отказ от половых различий превратил стыдливость в «одну из черт, не зависящих от пола, как цвет глаз или волос». И все же она вынуждена признать, что у женщин есть предрасположенность к стыдливости, основанная на психологии: половые органы женщины спрятаны, а у мужчин открыты. Как это ни парадоксально, но она видит в стыдливости метод, который женщина использует, для того чтобы стать объектом желания мужчины. Стало быть, это уже не чувство неловкости, а «уверенность в своей женственности», «удовольствие», состоящее в том, чтобы применить прием, о силе которого женщина осведомлена.

Чтобы разрешить этот парадокс, необходимо найти другое основание для стыдливости. Кристоф-Жеральдин Метраль, опираясь в своей работе «Стыдливость или скромность» (1996) и на философские традиции, усматривает в стыдливости «возвращение к самому себе», что позволяет сохранить свое «я» в этом огромном мире, перед этой «ощутимой массой людей», в которой человек рискует раствориться. Если чувство стыдливости принимает форму ухода в себя, то это не означает проявления боязливости или опасения перед лицом другого человека, это просто «необходимое предварительное условие для настоящих отношений». Таким образом, для такой стыдливости ни плоть, ни сексуальность тела не являются унизительными, как в случае показной добродетели, произрастающей из чувства стыда. Такая стыдливость создает внутреннюю дистанцию, сохраняющую в теле часть его тайны, его достоинство. Стыдливость, долгое время понимавшаяся как пространственное отдаление, которое нужно соблюдать, чтобы сохранить интимность, — например, афинский гинекей, — в процессе интериоризации постепенно превращается в категорию сознания. И если, согласно Абиб, стыдливость «порождает пространство между двумя существами», то у Метраль человек, испытывая стыдливость, создает необходимую дистанцию между телом и желанием внутри самого себя.