Она друг Пушкина была. Часть 2

Сейчас на наших вечерах по понедельникам, четвергам и субботам собирается довольно много гостей, но петербургское общество мне всё ещё не нравится. Пушкин, писатель, беседует очаровательно, непрентенциозно, живо и с жаром. Трудно быть уродливее, чем он. Его внешность — смесь обезьяны с тигром. Он потомок какой-то африканской расы, и цвет его лица всё ещё довольно смуглый, а во взгляде есть что-то диковатое.

Пушкин возвратился с Кавказа в Петербург в начале ноября. За два месяца сумел стать своим человеком в её салоне. На их сближение повлияло и безграничное обожание Пушкина Елизаветой Михайловной Хитрово. Поэт захаживал к ней запросто, часто виделся в её апартаментах и с Долли. Сохранившаяся к нему записка графини убеждает, что к январю их отношения стали совсем дружескими: Решено, что мы отправимся в нашу маскированную поездку завтра вечером. Мы соберёмся в 9 часов у матушки. Приезжайте туда в чёрном домино и с чёрной маской. Нам не потребуется ваш экипаж, но нужен будет ваш слуга — потому что наших могут узнать. Мы рассчитываем на ваше остроумие, дорогой Пушкин, чтобы всё это оживить. Вы поужинаете затем у меня, и я ещё раз вас поблагодарю.

О том, как прошла эта поездка ряженых, рассказывает запись в дневнике Фикельмон, сделанная 13 января 1830 года:

Вчера, 12 января, мы доставили себе удовольствие поездкой в домино по разным домам. Нас было восемь: мама, Катерина, мадам фон Мейендорф и я; Геккерен, Пушкин, Скарятин (Григорий) и Фриц (сотрудник австрийского посольства князь Лихтенштейн, — С. Б.). Мы посетили жену английского посла, Лудольфов и Олениных. Повсюду очень забавлялись, но везде маму и Пушкина сразу же распознавали. Вернулись к нам домой ужинать.

Карусель карнавалов вертелась безостановочно. Диву даёшься, откуда только брались силы танцевать до зари, веселиться, флиртовать у этих великосветских хрупких дам и их державных мужей, которым, надо полагать, приходилось к тому же исполнять днём и кое-какие служебные обязанности! Император, держащий бразды правления огромного государства, не уступал своим подданным.

13 января 1830 г.: Большой бал у Станислава Потоцкого. Чудесная зала, заботливо обставленная, элегантная. Готический обеденный зал в изысканнейшем стиле; всё — богато, роскошно, изобильно, но сам бал получился невесёлым. Было слишком жарко, и гости танцевали неохотно. Императорская чета — очаровательна; но всё же её присутствие не прибавляет балу веселья. Все взгляды, всё внимание присутствующих направлено на них. Каждый стремится произвести впечатление, испытывает страх не понравиться, дамы чересчур кичатся своими украшениями, мужчины тушуются. На балах впечатляет красивой внешностью мадам Пашкова, урождённая Баранова. Мадам Завадовская чрезмерно поглощена присутствием императора, и это у многих рождает тягостное чувство. Не встречала другой женщины, которая бы так мало скрывала своё желание быть самой красивой и самой восхитительной.