Расширение влияния музеев совести говорит, с одной стороны, об их социальном и политическом потенциале. С другой стороны, встает вопрос о том, не создают ли они ситуацию монополии на работу с памятью. В таком случае важно, что музей изнутри осмысляет себя как пространство производства памяти. И современное искусство становится инструментом критики, так как ставит под вопрос музейные способы репрезентации истории, вскрывает механизмы работы музейного повествования. Художники получают доступ к историческому материалу, но предлагают альтернативные способы взаимодействия с ним – например, монтаж документов или создание фиктивного архива. Под сомнение ставятся уже устоявшиеся приемы экспонирования и работы со зрителем. Другими словами, возвращаясь к диссонантному наследию в определении Танбриджа и Ашворта, искусство предлагает еще одну оптику взгляда на тот корпус материалов, с которым работают музеи совести.
Критикуя способы музейной работы, искусство само становится частью музейной структуры, чья цель – влияние на зрителя. Функционируя на территории музеев совести, современное искусство работает в первую очередь с его зрителем. Поэтому современные художники оказываются включенными в систему репрезентации истории, которую создают музеи.
Выставочный диспозитив позволяет соединить в одном пространстве художественный и исторический контексты, обратившись к репрезентации истории как к общему для гуманитарных дисциплин процессу, где нет доминирующих оптик взгляда. Потому стало возможным определить разницу подходов между показом современного искусства как выставочного объекта и исследовательской работы художников в пространстве музея. В первом случае кураторы включают готовые произведения, созданные в другом контексте. Перенесенные в музей, они обогащают язык экспозиции и предлагают альтернативный взгляд. Во втором случае работа художников изначально строится на музейных и архивных материалах, что позволяет говорить о более тесном и глубоком взаимодействии, которое обогащает музейный инструментарий и дает художникам доступ к местам, где буквально хранится история. Именно такие проекты активируют процесс преодоления жестких границ между разными типами культурных практик.
Итак, повторим. Первым способом обращения к истории и памяти через документ становится работа с одним из наиболее важных типов материалов – свидетельством. Обращение к свидетельству в современном искусстве связано с проблемой ухода тех, кто помнил события истории, которые сейчас оказываются важными для нас. Анализ стратегий работы со свидетельством позволяет увидеть, что для художников ключевым становится не только показ исторически значимого материала, но создание ситуации, в которой зритель оказывается «свидетелем свидетельства» и включается в процесс исследования механизмов функционирования памяти.
Вторым способом работы выставочного диспозитива становится обращение к локальной памяти или памяти места. Обращение к выставкам российских художников позволяет нам увидеть, насколько остро стоит вопрос о взаимодействии с локальной историей в пространстве современного искусства. При этом работа с историей места не всегда подразумевает исследование травматичных моментов прошлого, зачастую художники ищут в локальной истории возможности для выстраивания собственной генеалогии. Анализ выставочных диспозитивов работы с памятью места позволяет увидеть, как она может инструментализироваться, встраиваясь в общую мифологию художника.
Третий способ создания выставочного диспозитива предполагает работу с фиктивными историями и имитацию документа. Рассмотрение выставок в музейных, квартирных пространствах и самоорганизованных галереях дает возможность увидеть, что обращение к имитации документа и «разыгрыванию» документальности становится распространенной практикой для обращения к личной памяти. Такая стратегия художественного показа документов также предполагает вовлечение зрителя в изучение механизмов работы с памятью и историей.
Четвертым способом выстраивания выставочного диспозитива становится обращение к личной памяти в рамках нехудожественных выставок. Заимствование художественных способов выражения для показа документальных материалов позволяет создать новые условия для восприятия истории, существующие за пределами традиционных музейных стратегий. Взаимодействие художественных и документальных материалов создает контекст для эмоционального вовлечения зрителя в работу памяти и истории.