От Сталинграда до Берлина. Операции советских войск и вермахта. 1942-1945

На следующий день, когда советская 6-я гвардейская танковая армия, пытаясь выручить свои окруженные корпуса, навязала немцам тяжелейшие бои, было уже не так понятно, кто же из противников все-таки сумел загнать соперника в ловушку. На широкой венгерской равнине разыгралось одно из самых ожесточенных танковых сражений войны. Р.Я. Малиновский остановил наступление остальных своих армий. К 12 октября попавшие в котел русские войска прорвали кольцо окружения, и Й. Фриснер отдал приказ армейской группе «Велер» снова начать отход. 14-го числа русские зачищали котел, и группа армий «Юг» приступила к сосредоточению войск с целью не допустить нового советского наступления на север. В районе южнее Дукельского перевала 4-й Украинский фронт снова начал медленно продвигаться вперед. Кроме того, русские пытались воспользоваться несколькими меньшими перевалами, расположенными восточнее.

Во время сражения в районе Дебрецена немцы понимали, что они, по выражению одного из офицеров ОКХ, «совершают танец на вулкане». Они сознавали, что кризис в Будапеште может разразиться в любой день и даже в любой час. Эти подозрения имели под собой почву. В конце сентября Хорти направил в Москву своих представителей, которые должны были начать переговоры о перемирии. К 11 октября стороны подготовили и подписали проект соглашения о прекращении боевых действий без указания точной даты. Для того чтобы быть готовым к любым неожиданностям, Гитлер направил в Венгрию двух своих «специалистов», генерала СС фон дем Бах-Зелевски и полковника СС Отто Скорцени. Фон дем Бах-Зелевски к тому времени уже имел большой опыт подавления восстаний, последнее из которых только что произошло в Варшаве. О. Скорцени командовал группой отчаянных головорезов, которым удалось освободить Б. Муссолини.

Кризис в Венгрии удалось разрешить с гораздо меньшим кровопролитием, чем этого ожидали в Германии. Как пожизненный венгерский глава государства, Хорти пользовался большим личным авторитетом, однако власть постепенно ускользала у него из рук, а политические позиции в стране были серьезно подорваны. В самом начале октября партии, входившие в парламентское правое крыло, создали направленную против Хорти провоенную, прогерманскую коалицию, которой удалось заручиться поддержкой большинства депутатов. Армия оказалась расколотой; некоторые генералы и многие старшие штабные офицеры выступали за продолжение войны. 8 октября гестапо был арестован начальник столичного гарнизона, один из наиболее преданных сторонников Хорти, который мог бы оказать ему самую серьезную поддержку. 15 октября гестапо арестовало сына Хорти, игравшего ключевую роль в попытках договориться с русскими о перемирии.

Советский Союз потребовал от Венгрии выполнения положений соглашения о перемирии до 16 октября. Во второй половине 15-го числа по радио было передано заявление Хорти, в котором он принимал эти условия. К тому времени он остался совершенно один. Правительство Лакатоша подало в отставку под предлогом, что оно не могло принять условий перемирия, а парламент вообще не был поставлен в известность о ведущихся переговорах.

На следующее утро под аккомпанемент редких выстрелов немецкие войска захватили королевский дворец и убедили Хорти «попросить» политического убежища в Германии. В своем последнем официальном документе, составленном при «содействии» немецкой стороны, Хорти назначил своим преемником Ференца Салаши, лидера партии «Скрещенные стрелы». Ф. Салаши, которого до этого все отличали только по характерной для него бессвязности в речи и письме, присвоил себе титул Nador (вождь) и объявил, что принимает все права и обязанности принца-регента.

17 октября Г. Гудериан в приказе, провозглашавшем выигрыш в политической битве за Венгрию, объявил, что следующим шагом должно стать обеспечение отправки как можно большего количества немецких и венгерских войск на фронт. О том, как этого добиться на практике, он не сказал. С военной точки зрения немцы действительно выиграли, так как в случае успеха Хорти заключить перемирие с русскими этот участок фронта немедленно развалился бы.

Но этим весь выигрыш исчерпывался. Моральный дух в венгерской армии был низок, как никогда прежде. Некоторые офицеры, в том числе начальник штаба венгерской армии, иногда целые подразделения и очень часто отдельные группы солдат дезертировали к русским. Потом дезертиры подбивали к тому же остальных венгерских солдат, обещая им, что, когда они попадут на территорию, занятую советскими войсками, их сразу же отпустят по домам.