В первую неделю нового, 1943 г. армейская группа «Холлидт» начала поспешный 150-километровый отход к реке Северский Донец. 3 января командование армейской группы «Фреттер-Пико» доложило, что 304-я пехотная дивизия не может справиться с поставленной задачей поддерживать контакт с левым флангом группы «Холлидт». Личный состав дивизии недостаточно подготовлен и не имеет боевого опыта; паника распространилась даже среди офицерского состава. Восточнее разграничительной линии между группами «Холлидт» и «Фреттер-Пико» русские сосредоточили два танковых корпуса с задачей нанести удар по переправе через Северский Донец в районе Белой Калитвы. 4 января Гитлер был вынужден выделить для предотвращения прорыва противника на этом участке 4-ю танковую дивизию. 5 января, после того как в течение шести дней войска К. Холлидта отступили на 60 км, его армейская группа оставила Морозовск, где располагался ближайший к Сталинграду аэродром. На следующий день Гитлер попытался призвать войска остановиться «для сохранения морального духа и сбережения сил войск». Но после того, как русские форсировали Дон южнее, и сложилась угроза их наступления вниз по течению реки Северский Донец с севера, у К. Холлидта не осталось шансов удерживать рубеж на любом участке восточнее Северского Донца дольше, чем в течение нескольких дней.
На другой стороне Дона 4-я танковая армия развернула две свои танковые дивизии и дивизию СС «Викинг» вдоль южного притока Сала реки Куберле. Советский 3-й гвардейский танковый корпус устремился вдоль южного берега Дона в брешь в немецкой обороне, образовавшуюся между реками Дон и Сал; в конце первой недели января его передовые части вышли на рубеж в 30 км от Ростова. Гитлер посоветовал Э. Манштейну ввести в бой танки «Тигр», которые, по его расчетам, должны были сокрушить советский корпус. Однако первый бой с участием танков «Тигр» не оправдал ожиданий. Их экипажи доложили об уничтожении 18 танков противника, однако половина из 20 «Тигров» получила повреждения. Генерал Г. Гот пожаловался на то, что экипажи новых машин были недостаточно обучены; им не хватало опыта.
6 января советские механизированный и гвардейский стрелковый корпуса начали наступление на правом фланге. Гитлер был вынужден разрешить Э. Манштейну отвести 16-ю моторизованную дивизию от Элисты. Э. Манштейн предупредил, что дивизия способна лишь на время стабилизировать оборонительный рубеж 4-й танковой армии. Он снова потребовал передать ему танковый корпус из состава группы армий «А» и горько пожаловался, что все должна делать группа армий «Дон», а группа армий «А» будто бы ни на что не способна.
На второй неделе января, даже в условиях углубляющегося кризиса, обе группы армий южного фланга Восточного фронта начали налаживать некоторое взаимодействие. Армейская группа «Холлидт», перебрасывая свои части для отражения угрозы то с севера, то с юга, продолжала отход к реке Северский Донец. Гитлер разрешил 4-й танковой армии отойти на рубеж Маныча и развернуться на север. 1-я танковая армия, несмотря на то что ее движение было замедлено наличием большого количества тяжелой техники, а также чрезмерными, с точки зрения Э. Манштейна, опасениями по поводу возможных действий противника, постепенно сужала брешь между двумя группами армий.
Между 15 и 19 января, наконец, наступило время принятия решений, которые фактически уже опоздали. Армейская группа «Фреттер-Пико», успешно избежав окружения своих 14 тыс. солдат в районе Миллерово, отошла на рубеж за рекой Донец. Части армейской группы «Холлидт» также сумели обеспечить пусть непрочную, но оборону рубежа по берегу замерзшей реки. 4-я танковая армия организовала устойчивую оборону на Маныче между Доном и Пролетарской; 1-я танковая армия растянула свой левый фланг на север и соединилась с 4-й танковой армией восточнее Сальска.
К началу года 6-я армия умирала медленной смертью от голода и истощения. Грузов, которые тонким ручейком поступали осажденным войскам, было достаточно для того, чтобы продлить агонию, но не облегчить страдания солдат. В период с 1 по 23 декабря армия получала в среднем по 90 тонн грузов в день. В первые три недели января их объем удалось увеличить до 120 тонн в день. Но только в один день, 7 декабря, объемы поставок по воздуху достигли обещанной нормы 300 тонн, что представляло собой половину ежесуточных потребностей войск.