Персональный апокалипсис

Единственный вариант сбежать – выйти за пределы тюрьмы. Завтра же он свяжется со своим горе-адвокатом и попросит его организовать слушание по выходу под залог. Разумеется, в суде Крайтону в залоге откажут – да и нет у него денег – но, по крайней мере, его сперва повезут на суд, а потом обратно. А в дороге всякое может произойти…

Томас закрыл глаза, заставляя себя поверить в эту слабую, невероятную, фантастическую возможность.

Глава 18

– Да с чего ты решил, что Ковалев победит? – горячился Завацкий, едва ли не подпрыгивая на стуле. Они сидели небольшой дружеской компанией в спортбаре в ожидании боксерского поединка за чемпионский титул между Сергеем Ковалевым и Бернардом Хопкинсом. – Да, он отличный боксер, но Хопкинс – это живая легенда! В сорок девять лет защитить звание чемпиона мира – стальные яйца нужно иметь.

– Я не спорю, Хопкинс недосягаемо крут и достоин уважения, – Немов отхлебнул ледяного пива и отставил бокал. – Но как ты верно подметил, лет ему уже прилично. А Ковалев в самом расцвете сил, почти на двадцать лет моложе. Разреши также напомнить, что у него ни одного поражения и сплошные нокауты. Я не говорю, что Хопкинс кончит так же, как Роман Симаков – кстати, парня очень жалко, – но трудно ему придется, это факт.

– Антоха, Андрей прав! – вмешался в беседу их общий приятель, Данила. – Скорее всего, россиянин американца просто размажет…

На огромном плазменном экране началась трансляция, переполненный зал притих, и Завацкий поспешил отмахнуться:

– Да ну вас! Сейчас посмотрим, кто окажется прав.

Двадцать минут спустя его веселое лицо заметно помрачнело: Ковалев уверенно лидировал, не оставляя Хопкинсу никаких шансов. В первом же раунде Сергей отправил соперника в легкий нокдаун, а затем активно атаковал.

В кармане пиджака завибрировал мобильный. Андрей с удивлением посмотрел на номер. Вот ведь упрямая девица! Он поднялся из-за стола и отошел в дальний угол бара, где не было так шумно.

– У меня есть к тебе важный вопрос, – Софья опустила приветствие.

– Я весь внимание.

– Ты сейчас занят?

На экране Ковалев ударил мощным правым боковым, от которого Хопкинс еле удержался на ногах.

– Занят.

– Сильно?

– Сильно.

– Погуляем?

Андрей развеселился. Неужели он ей так сильно понравился? Безусловно, ему льстило внимание хорошенькой юной особы, и он бы непременно воспользовался ею, не будь она столь обескураживающе искренней. В своей неожиданной симпатии она напоминала ему младенца, делающего первые шаги к блестящему включенному утюгу. По-хорошему, ему бы послать ее в грубой форме, чтобы отбить охоту волочиться за мужиком, не оценившим ее прелести. Но во-первых, когда это он любил «по-хорошему»? А во-вторых, прелести он ее оценил, чего греха таить.

– Погуляем.

У Софьи не получилось скрыть свою радость:

– Ты где?

– На Патриарших.

– Я там буду через пятнадцать минут, – бросила она и поспешно положила трубку.

В двенадцатом раунде Ковалев провел несколько сокрушительных атак, и лишь гонг спас Хопкинса от досрочного поражения.

Посетители бара встретили победу россиянина дружными криками. Андрей похлопал по плечу поникшего друга:

– Пусть тебя утешит то, как много уважения показал Ковалев старине Хопкинсу, благородно решив не срамить его седины и не отправлять в нокаут.

За столом раздался хохот. Смеялись все, кроме Завацкого.

На улице Андрей закурил, любуясь заторможенной суетой зимнего вечера. Машины неуклюже тащились по скользкой дороге, выпучив сомнамбулические глаза фар; прохожие спешили к метро, безжалостно вбивая в тротуар скрипучие снежные крошки. Колкий воздух висел неподвижно, и казалось: проткни его пальцем – и с хрустом посыплются вниз треснувшие ледяные осколки.

Напротив остановилось такси, и Софочка – свежая и нарядная, как Снегурочка, помахала Андрею.

– Ресторан? – предложил Немов, когда она приблизилась.

– Давай лучше походим, – смущаясь, ответила Софья. – Такой вечер классный. Новым годом пахнет.

Они свернули в сквер и медленно побрели по тропинке, обрамленной голыми черными деревьями. Софочка поглядывала на Немова, не решаясь прервать его внезапное молчание. Из расстегнутого воротника пальто виднелся борт пиджака и галстук, и она представила, как бы он смотрелся в спортивной одежде. Ему бы наверняка пошел неформальный стиль.

Андрей ошибался, считая, что обидел Софью резким выпадом в ветеринарной клинике. Последние несколько дней она вспоминала его слова, ликуя от горделивой радости. И было тому несколько причин. Во-первых, никто никогда не разговаривал с ней по-взрослому, на равных. Гива постоянно сюсюкался и не воспринимал ее всерьез, в отличие от Андрея. Как он сказал? «Ты – самостоятельная единица и вольна принимать собственные решения». Она давно смирилась с ролью неприхотливой любовницы и почти поверила в свою полную неспособность думать независимо. И вдруг появляется Немов и выливает ей на голову ушат ледяной воды. Первую секунду неприятно, зато потом…