Первые русские князья. От Игоря Старого до Ярослава

А.В. Назаренко связывает этот поход с тем, что Владимир сохранил союз с Германией, заключённый его братом. Действительно, в том же 979 году Оттон II совершил поход против «страны славян», причём во время похода он «весьма удалился от границ королевства», что позволяет сделать вывод, что это был поход против Польши. Ярополк был убит 11 июня 978 года. У Владимира было достаточно времени, чтобы снестись с Оттоном II через замирённую к тому времени Чехию и договориться о совместных действиях на следующий, 979 год.

7. Под стягом Перуна

«И нача княжити Володимеръ в Киеве единъ и постави кумиры не холму вне двора теремнаго Перуна древяна а главу его сребрену а усъ златъ и Хърса Дажьбога и Стрибога и Симарьгла и Макошь и жряху имъ нарицающе я богы и привожаху сыны своя и дъщери и жряху бесомъ и оскверняху землю теребами своими и осквернися кровьми земля Руска и холм тот» (ЛЛ, 980 г.).

Сколько чернил было изведено по поводу этих строк. А почему Владимир поставил кумиров именно этим богам, а не другим? А что означает их порядок? А все ли они славянские? Договорились даже до некоей «языческой реформы Владимира», что является полным абсурдом.

Понятия «язычество» и «реформа» абсолютно несовместимы. Реформировать можно то, что имеет канон. Можно собрать авторитетных людей и они решат, что вот это из канона нужно изъять, а вот это добавить. Но как реформировать обычай? Что делать, если обряды регламентируются не уставами, которые кто-то когда-то принял, а тем, что «деды-прадеды наши так делали»? Можно созвать собрание не менее авторитетное, чем то, что принимало устав, и этот самый устав поменять. Или вообще принять новый устав. Но как сделать, чтоб люди начали считать, что их деды-прадеды делали не так, а иначе?

Конкретный правитель может начать более других почитать того или иного бога, ставить ему пышные храмы, поминать чаще других. Но при чём тут реформа? Он более чтит этого бога, его преемник может начать так же почитать другого. Никаких фундаментальных изменений здесь нет и близко.

Владимир всего лишь восстановил Киевское капище после правления князя-христианина. Почему именно эти боги? Да мы не знаем, именно ли эти там были. В дошедших до нас списках ПВЛ – такой список. Более поздние летописи добавляют ещё богов. Что было в первом списке, мы не знаем. Как не знаем, насколько этот список, составленный минимум чем на полвека позднее исчезновения капища Владимира, соответствовал реальности, а не являлся продуктом измышлений летописца, который мог просто назвать имена богов, которые были в его время наиболее почитаемы язычниками.

Бесспорно, что кумир Перуна был. Его свержению при крещении в летописи посвящён отдельный рассказ. Но версия, что именно Владимир и ввёл культ этого бога как верховного, – абсурдна. Перуном русы клянутся ещё в договорах Игоря 944-го и Святослава 971 года. А насчёт остальных…

Следствием так называемой «языческой реформы», а на самом деле языческого возрождения считаются события 983 года.

«И реша старци и боляре мечемъ жребии на отрока и на девицю не него же падетъ того зарежемъ. Бяше Варягъ единъ и бе дворъ его иде ижде есть церковь святая Богородица юже сдела Володимеръ. Бе же Варягъ тотъ пришелъ изъ Грекъ и держаше веру хрестяньску и би у него сынъ красенъ лицемъ и дшею. На сего паде жребии по зависти дьявола не терпешеть бо дьяволъ власть имы надъ надо всеми и се бяшеть ему аки тернъ в серци и тьщашеся потребити оканьныи и наусти люди. И реша пришедше послании к нему яко паде жребии на сынъ твои бо и бози собеда створимъ потребу богамъ. И рече Варягъ не суть бо бози на древо днесь есть а утро изъгнееть гн едять бо не пьють не молаятъ но суть делани руками ы дереве. А Богъ есть единъ ему же служатъ Грьци и кланяются иже створилъ небо и землю и звезды и луну и солнце и человека далъ есть ему жизнь на земли. А си бози сделаша сами делани суть. Не дамъ сына бесомъ. Они же идеше поведоше людемъ. Они же вземше оружье поидоша на нь и розъяша дворъ около его. Онъ же стояше на сенехъ съ синомъ своимъ. Реша ему вдаи сына своего да вдамы богамъ его. Онъ же рече аще суть бози то единого собе послють дога да имутъ сынъ мои а вы чему потребуете. И бликнуша и посекоша сени под нима и тако побиша я» (ЛЛ, 983 г.).

При прочтении текста возникает множество вопросов. Во-первых, если сына варяга хотят принести в жертву, то почему его просто убивают? Бояре без труда нашли бы опытных людей, которые легко повязали бы всего-то двоих. Во-вторых, почему не известны имена погибших? Их же по жребию выбирали. Наконец, в-третьих, ни арабские, ни немецкие, ни греческие авторы ни слова не говорят про человеческие жертвоприношениях у славян.