Первые русские князья. От Игоря Старого до Ярослава

Выше было показано, что именно корсуньцы принесли на Русь арианство. Следует ли из этого, что Русь после 989 года перешла из православия в арианство? Никоим образом. Во-первых, митрополитом так и остался Михаил. Во-вторых, из шести основанных при Владимире епископских кафедр только две: Киевскую и Новгородскую – заняли корсуньцы. Из оставшихся четырёх минимум три заняли болгары. По-видимому, Владимир просто не заморачивался теологическими спорами, и при нём могли сосуществовать представители разных христианских конфессий. Причём стоит отметить, что и его преемников теологические вопросы интересовали столь же мало. Так, почти все русские князья домонгольского времени носят языческие имена. Их христианские имена, за редкими исключениями, нам вообще неизвестны. Конечно, этот признак двоеверия не имеет прямого отношения к внутриконфессиональным спорам. Но если князья столь пренебрежительно относились к сохранению языческих элементов, то неужели кто-то думает, что эти же самые князья будут вникать в сложные теологические разногласия разных течений внутри христианства?

Теперь становится понятно, почему именно Корсуньская легенда вытеснила из летописи все прочие варианты крещения Владимира. Шахматов полагал, что летописание на Руси началось при Ярославе, после учреждения в 1037 году греческой митрополии. Однако другие историки указывали на возможность существования летописи ещё при Владимире. Академик Б.А. Рыбаков, сравнивая ПВЛ и Никоновскую летопись, отмечает, что в последней есть сведения, придумывать которые поздним летописцам просто не было смысла. Например, под 994 годом: «Того же лета бысть сухмень велика и знойно добре» (НЛ, 994 г.).

В ПВЛ этот год пустой. А вот запись под 1000 годом: «Того же лета бысть поводь велия» (НЛ, 1000 г.).

В ПВЛ этого тоже нет. Кому могло понадобиться в XVI веке, когда составлялась Никоновская летопись, придумывать сообщения о засухе или наводнении полтысячелетия назад? Совершенно ясно, что перед нами записи, современные событиям, изъятые составителем ПВЛ, но сохранившиеся в каких-то иных сводах.

Где могла вестись летопись времён Владимира? Рыбаков полагает, что в Десятинной церкви (61, с. 117). Это мнение полностью разделил подробно разбиравший вопрос А.Г. Кузьмин. Действительно, а где ещё могло вестись летописание при Владимире, если не в кафедральном соборе Киева, каковым и являлась тогда Десятинная церковь? Особенно если учесть, что первый русский монастырь – Киево-Печерский (а в дальнейшем летописи будут писаться именно в монастырях) – возникнет только в конце правления Ярослава Владимировича. Клир Десятинной церкви первоначально был сформирован из выходцев из Корсуня. Поэтому совершенно неудивительно, что местный летописец вставил сюжет, возвышающий роль корсуньцев в крещении Руси. Следует отметить, что в реконструированный Шахматовым свод 1039 года, составленный при греческом митрополите Феопемпте, который сам Шахматов называет «Древнейший свод», Корсуньская легенда уже входила. Греков она вполне устраивала, так как Херсонес (Корсунь) – византийский город, а о теологических расхождениях можно было просто умолчать. В итоге легенда о крещении от корсуньцев легко превратилась в легенду о крещении от греков.

Остаётся только один вопрос. Выше было показано, что Корсуньская легенда вставлена в летопись, в которой крещение первоначально относилось к 987 году. Из этого следует, что и до начала летописания в Десятинной церкви существовал некий хронологический текст. Видимо, именно им и пользовался Иаков Мних, Корсуньскую легенду явно не признававший и тоже датировавший крещение 987 годом. Скорее всего, в этой хронике, как и в тексте Иакова Мниха, не было абсолютных дат, а события датировались годами правления. Этот текст, который можно условно назвать «Хроника Владимира Святого», мог быть равным образом составлен как при дворе митрополита Михаила, так и при дворе самого князя. О существовании таких княжеских хроник ещё во времена Аскольда говорилось в 4-й главе. К этой хронике, скорее всего, восходят встречающиеся в поздних летописях указания на принятие крещения от болгар. Летописец Десятинной церкви, по понятным причинам, в свою летопись их включать не стал.

14. С мечом и крестом

В сентябре 989 года Владимир вернулся в Киев. В уже окрещённый Киев. Обстоятельства крещения самого Владимира были подробно рассмотрены выше. Сейчас стоит сделать небольшое отступление и поговорить о крещение киевлян. В ПВЛ это событие датировано 988 годом, но выше уже было показано, что крещение состоялось годом ранее.

Сначала в летописи идёт подробное описание того, как повалили и сбросили в Днепр идол Перуна, а затем: