Первые шаги: Как прямохождение сделало нас людьми

Самое очевидное отличие человеческого скелета от скелета шимпанзе связано с тазом. У шимпанзе высокий и плоский таз, к которому крепятся так называемые малые ягодичные мышцы в задней части туловища животного{98}. Это позволяет совершать толчок ногами назад – полезное движение для лазания вверх по дереву. Однако когда шимпанзе идет по земле, то постоянно рискует опрокинуться и вынуждена переваливаться из стороны в сторону, что очень утомительно.

Таз человека более короткий и мощный, имеет чашеобразную форму, и те же самые мышцы крепятся к нему по бокам тела. Проверьте сами. При ходьбе можно почувствовать, как мышцы бедра напрягаются, не позволяя вам опрокинуться. Это возможно благодаря форме нашего таза.

Что можно в этом отношении сказать о Люси? У нее короткий крепкий таз, уменьшенный вариант нашего. Кости бедер располагаются по бокам от тела, а это означает, что мышцы бедер поддерживали ее в вертикальном положении и обеспечивали равновесие, когда она ходила по своему древнему миру на двух ногах{99}.

Рассматривая скелет ниже таза, мы обнаруживаем часть тела, которая является одним из наилучших свидетельств прямохождения, – колено. У новорожденных людей самая длинная кость тела, бедренная, имеет прямую форму, но когда младенцы начинают ходить, то под воздействием направленного сверху вниз давления конец растущей бедренной кости приобретает наклон. Этот наклон – бикондилярный угол – формируется лишь у тех, кто ходит на двух ногах. Он никогда не возникает ни у шимпанзе{100}, ни у людей, парализованных от рождения и так и не начавших ходить. Если колено Люси имеет этот угол, она несомненно ходила на двух ногах, поскольку никак иначе он образоваться не может.

Джохансон нашел левое колено Люси, но оно оказалось раздроблено, и собрать его было бы непросто. Однако за год до обнаружения Люси Джохансон впервые приехал в Хадар, и первая найденная им окаменелость гоминина оказалась коленом{101}. У кости имелся бикондилярный угол. Она могла принадлежать только особи, ходившей на двух ногах.

Мы двуногие существа, и единственная часть нашего тела, непосредственно соприкасающаяся с землей, – стопа. Соответственно, некоторые из ключевых анатомических адаптаций к прямохождению могут обнаруживаться именно в стопе. У нас большая пяточная кость, неподвижная лодыжка и длинное ахиллово сухожилие. В отличие от любого другого примата на планете, у человека большой палец, не приспособленный для хватания, находится на одной линии со всей стопой. Наряду с длинной, жесткой дугообразной подошвой это помогает нам выталкивать свое тело вперед, чтобы сделать следующий шаг. Кроме того, у нас короткие пальцы ног, сгибающиеся вверх, когда мы отталкиваемся от земли. Напротив, пальцы ног человекообразной обезьяны длинные и гнутся вниз, облегчая захват.

Кости стоп Люси и членов Первой семьи поражают сходством с человеческими. Пяточная кость крупная, а лодыжка Люси по форме очень напоминает уменьшенную версию моей. Хотя пальцы ног Люси были длинными и слегка изогнутыми, они могли отгибаться вверх, свидетельствуя о том, что она отталкивалась от земли пальцами, как человек при ходьбе.

Кости Люси подтвердили то, на что лишь намекали предыдущие южноафриканские находки: прямохождение возникло на ранних этапах нашей эволюционной истории.

Окаменелые остатки австралопитеков, найденные Раймондом Дартом и Робертом Брумом в пещерах Южной Африки в 1930-е и 1940-е гг., были фрагментарными – там коленная чашечка, тут нижняя челюсть. Палеонтологи отыскали всего один частичный скелет, который принадлежал молодой самке, получивший каталожный номер Sts 14. Ее таз и позвоночный столб тоже весьма напоминали человеческие, свидетельствуя о том, что она ходила на двух ногах в вертикальном положении, однако ее голову найти так и не удалось{102}.

Окаменелые черепа, обнаруженные в этих южноафриканских пещерах, принадлежали гомининам с объемом мозга примерно как у гориллы. Все выглядело так, словно прямохождение предшествовало началу увеличения головного мозга, но до Люси у нас не было ни одного скелета древнего гоминина, от которого бы сохранились и голова, и тело.

Люси оказалась именно такой – австралопитеком с маленьким, как у человекообразной обезьяны, мозгом и телом, похожим на человеческое. Дюбуа и Буль ошибались. Сгорбленный предок, передвигавшийся наполовину по-человечески, наполовину по-обезьяньи и имевший мозг промежуточного размера между обезьяньим и человеческим, никогда не существовал. Все как раз наоборот, наш большой мозг сформировался относительно поздно, а прямохождение возникло рано.

Но насколько рано?

Теолог XVII в. Джеймс Ашер полагал, что Земля появилась в шесть часов пополудни в субботу, 22 октября 4004 г. до Рождества Христова, – поразительно точная дата! Однако, исходя из всего того, что узнала о мире современная наука, чудовищно далекая от истины. Часто приходится идти на компромисс между точностью и достоверностью{103}. Геологи предпочли последнее.