Читаем Первые шаги: Как прямохождение сделало нас людьми полностью

Через два года после обнаружения следов Пол Абелл, ученый из Университета Род-Айленда, специализирующийся в области геохимии, бродил неподалеку от первого местонахождения следов и заметил нечто, напоминающее отпечаток человеческой пятки (теперь это место называется «раскоп G»). Вернувшись в лагерь, он сообщил об этом Мэри Лики, но у нее была сломана лодыжка, и она не захотела тащиться туда ради очередного разочарования. Вместо себя Мэри отправила Ндибо Мбуику, работавшего вместе с супругами Лики еще в Олдувае, чтобы он осмотрел находку и затем описал ее{151}.

Мбуике, который нашел самый первый зуб Homo habilis в 1962 г., не пришлось долго копать, чтобы убедиться, что отпечаток оставлен гоминином. Более того, этот отпечаток привел его к другим. В конце концов были обнаружены целых 54 вытянувшихся в две параллельные цепочки следа древних гоминин.

Следы из Лаэтоли входят в число самых поразительных открытий в истории нашей науки. Оказалось, что три или даже четыре особи прошли здесь вместе, направляясь на север{152}. Одна шла слева, другая, более крупная, справа. Третья (и, возможно, четвертая) шагала точно поверх самых крупных следов.

Ученые анализировали эти отпечатки в течение нескольких десятилетий. Большинство сочли, что следы согласуются с тем, что нам стало известно в результате изучения костей Australopithecus afarensis (вида, к которому принадлежала Люси). При ходьбе они определенно сначала наступали на пятку, а их большой палец был приведен к остальным пальцам и почти параллелен им. Кроме того, у их стоп обнаружился зарождающийся свод. Иными словами, австралопитек имел стопу, во многом похожую на нашу, и ходил, как мы, с немногими незначительными отличиями.

Современный человек при ходьбе переносит вес с пятки на большой палец ноги и отталкивается от земли преимущественно этим местом. Следы в Лаэтоли оставили существа, которые также отталкивались большим пальцем ноги, но при этом часть их веса оставалась на внешней части стопы. Отпечатки их ног свидетельствуют о том, что стопы гоминин из Лаэтоли были более плоскими, чем у современных людей, этот вывод также подкрепил анализ костей, которые оставил нам этот вид. Оказалось также, что отпечатки в Лаэтоли были оставлены существами, отрывающими ноги от земли с меньшими усилиями, чем сегодняшние люди, хотя это могло объясняться и тем, что они шли по толстому слою влажного пепла{153}.

Вопреки ожиданиям, задаваемым рисунком «Марш прогресса», австралопитеки не ходили, согнувшись, как шимпанзе, и не раскачивались взад-вперед, как самец гориллы Луис, когда носит помидоры из одного конца своего вольера в другой. Нет, они шли, выпрямившись во весь рост, с распрямленными ногами и бедрами. Как и мы.

Следы из Лаэтоли сохранили остановленное мгновение из жизни наших вымерших родственников. Отпечатки расположены близко друг к другу и свидетельствуют о том, что эти особи шли медленно и слаженно, единой группой. Они направлялись на север, в сторону Олдувайского бассейна, где их ждали вода и защитный полог леса. Поскольку размер стопы и рост определенным образом соотносятся друг с другом, мы можем рассчитать, что более мелкая особь, идущая слева, была ростом всего 1,2 м, как Люси. Более крупная справа – почти 1,5 м. Правая нога первой особи опускалась на землю под странным углом, заставляя предположить, что этот гоминин мог быть травмирован. Ближе к концу цепочки следы становятся беспорядочными и чуть более глубокими – группа развернулась, оглядываясь. Помедлив, они снова двинулись на север.

Интерпретация отпечатков ног из Лаэтоли – изящный пример того, как пересекаются наука и воображение. Что-то мы знаем точно – например, что эти следы оставлены двуногими существами. Однако мы не знаем, держались ли они за руки? Обхватывали ли друг друга руками, как изображено на диораме Лаэтоли в экспозиции Американского музея естественной истории в Нью-Йорке? Эти вопросы не дают нам покоя и будоражат наше воображение. Представьте себе, о чем могли думать наши предки:

Перейти на страницу:

Все книги серии Книжные проекты Дмитрия Зимина

Достаточно ли мы умны, чтобы судить об уме животных?
Достаточно ли мы умны, чтобы судить об уме животных?

В течение большей части прошедшего столетия наука была чрезмерно осторожна и скептична в отношении интеллекта животных. Исследователи поведения животных либо не задумывались об их интеллекте, либо отвергали само это понятие. Большинство обходило эту тему стороной. Но времена меняются. Не проходит и недели, как появляются новые сообщения о сложности познавательных процессов у животных, часто сопровождающиеся видеоматериалами в Интернете в качестве подтверждения.Какие способы коммуникации практикуют животные и есть ли у них подобие речи? Могут ли животные узнавать себя в зеркале? Свойственны ли животным дружба и душевная привязанность? Ведут ли они войны и мирные переговоры? В книге читатели узнают ответы на эти вопросы, а также, например, что крысы могут сожалеть о принятых ими решениях, воро́ны изготавливают инструменты, осьминоги узнают человеческие лица, а специальные нейроны позволяют обезьянам учиться на ошибках друг друга. Ученые открыто говорят о культуре животных, их способности к сопереживанию и дружбе. Запретных тем больше не существует, в том числе и в области разума, который раньше считался исключительной принадлежностью человека.Автор рассказывает об истории этологии, о жестоких спорах с бихевиористами, а главное — об огромной экспериментальной работе и наблюдениях за естественным поведением животных. Анализируя пути становления мыслительных процессов в ходе эволюционной истории различных видов, Франс де Вааль убедительно показывает, что человек в этом ряду — лишь одно из многих мыслящих существ.* * *Эта книга издана в рамках программы «Книжные проекты Дмитрия Зимина» и продолжает серию «Библиотека фонда «Династия». Дмитрий Борисович Зимин — основатель компании «Вымпелком» (Beeline), фонда некоммерческих программ «Династия» и фонда «Московское время».Программа «Книжные проекты Дмитрия Зимина» объединяет три проекта, хорошо знакомые читательской аудитории: издание научно-популярных переводных книг «Библиотека фонда «Династия», издательское направление фонда «Московское время» и премию в области русскоязычной научно-популярной литературы «Просветитель».

Франс де Вааль

Биология, биофизика, биохимия / Педагогика / Образование и наука
Скептик. Рациональный взгляд на мир
Скептик. Рациональный взгляд на мир

Идея писать о науке для широкой публики возникла у Шермера после прочтения статей эволюционного биолога и палеонтолога Стивена Гулда, который считал, что «захватывающая действительность природы не должна исключаться из сферы литературных усилий».В книге 75 увлекательных и остроумных статей, из которых читатель узнает о проницательности Дарвина, о том, чем голые факты отличаются от научных, о том, почему высадка американцев на Луну все-таки состоялась, отчего умные люди верят в глупости и даже образование их не спасает, и почему вода из-под крана ничуть не хуже той, что в бутылках.Наука, скептицизм, инопланетяне и НЛО, альтернативная медицина, человеческая природа и эволюция – это далеко не весь перечень тем, о которых написал главный американский скептик. Майкл Шермер призывает читателя сохранять рациональный взгляд на мир, учит анализировать факты и скептически относиться ко всему, что кажется очевидным.

Майкл Брант Шермер

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Записки примата: Необычайная жизнь ученого среди павианов
Записки примата: Необычайная жизнь ученого среди павианов

Эта книга — воспоминания о более чем двадцати годах знакомства известного приматолога Роберта Сапольски с Восточной Африкой. Будучи совсем еще молодым ученым, автор впервые приехал в заповедник в Кении с намерением проверить на диких павианах свои догадки о природе стресса у людей, что не удивительно, учитывая, насколько похожи приматы на людей в своих биологических и психологических реакциях. Собственно, и себя самого Сапольски не отделяет от своих подопечных — подопытных животных, что очевидно уже из названия книги. И это придает повествованию особое обаяние и мощь. Вместе с автором, давшим своим любимцам библейские имена, мы узнаем об их жизни, страданиях, любви, соперничестве, борьбе за власть, болезнях и смерти. Не менее яркие персонажи книги — местные жители: фермеры, егеря, мелкие начальники и простые работяги. За два десятилетия в Африке Сапольски переживает и собственные опасные приключения, и трагедии друзей, и смены политических режимов — и пишет об этом так, что чувствуешь себя почти участником событий.

Роберт Сапольски

Биографии и Мемуары / Научная литература / Прочая научная литература / Образование и наука
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже