Первые шаги: Как прямохождение сделало нас людьми

У четвероногих животных мышцы плеч, грудной клетки и даже живота поглощают ударное воздействие, когда передние конечности касаются земли. Это значит, что животные, передвигающиеся на четырех конечностях, должны координировать дыхание и движение, чтобы на каждый шаг приходился один вдох. Поэтому животные не могут одновременно мчаться и часто дышать. Короткие быстрые вдохи и выдохи невозможны, если органы пищеварения бьются о диафрагму при каждом ударе ног о землю. Из-за невозможности часто дышать, высунув язык, большинство бегущих животных не могут охладиться и вынуждены останавливаться и отдыхать в тени после коротких быстрых забегов Люди же могут часто дышать на бегу. В отличие от многих четвероногих животных мы еще и потеем. Это позволяет нам охлаждаться во время бега. Мы бежим медленнее, но можем преодолеть много километров.

Как все это связано с речью?

Попробуйте сымитировать работу мышц грудной клетки и предплечий четвероногого животного, перенося на ходу что-нибудь тяжелое. Мышцы груди напрягаются, и на каждом шаге вы делаете вдох. Вам будет трудно издавать какие-либо звуки помимо фырканья. Именно так ощущают себя при беге четвероногие животные. Однако животные, которые ходят на двух ногах, лучше контролируют дыхание, что позволяет им издавать огромное множество звуков{212}.

Гелады, наземные обезьяны из семейства мартышковых, живущие в горах Эфиопии, сидят вертикально, когда едят семена. В сидячем положении они общаются посредством сложных вокализаций{213}. Будучи прямоходящими, люди сумели развить речь, соединяя звуки, производимые благодаря тонкому мышечному контролю дыхания, в практически бесконечное количество комбинаций и значений. Даже у наших детей начало хождения и освоения речи очень тесно связаны{214}.

Происхождение человеческого языка остается неизвестным, и на этот счет существуют противоречивые мнения. Многие физические особенности, помимо способности регулировать дыхание, позволяют нам производить звуки. Основание нашего черепа и голосовой аппарат, расположенный в задней части гортани, образуют резонаторную камеру, отсутствующую у человекообразных обезьян. Наша подъязычная кость, редко встречающаяся в палеонтологической летописи человечества, отличается значительной толщиной, что позволяет крепиться к ней мышцам и связкам, участвующим в процессе речи. Такие области мозга, как зоны Брока и Вернике, играют принципиальную роль в воспроизведении и понимании речи. Кости внутреннего уха у нас особенно чувствительны к частотам человеческих голосов.

На раннем этапе сигналы, подаваемые руками, могли быть столь же важны в развитии речи, что и произносимые слова. Возможно, взаимосвязь между звуками и смыслами впервые проявилась в звукоподражаниях – словах, звучащих так же, как объекты, которые они обозначают. Птицы чирикают: «чик-чирик». Пчелы жужжат: «ж-ж-ж-ж-ж». Ладони хлопают: «хлоп». Однако звукоподражание не для всего годится. Как звучит охота или восход солнца? Поэтому были необходимы какие-то звуки, чтобы символически представлять смыслы. Мы должны были стать приматами, научившимися использовать символы. Со временем песни и музыка также начали играть роль в распространении идей и сохранении воспоминаний. Эти фрагменты общей картины возникли не в одночасье, но мы можем попытаться реконструировать момент зарождения у наших предков первых систем членораздельной речи, обратившись к палеонтологической летописи.

По всей видимости, прямохождение обеспечило австралопитекам возможность тонкого контроля дыхания, необходимого для того, чтобы издавать больший спектр звуков, чем шимпанзе, и освободило руки для общения с помощью жестов. Однако у нас нет достаточных свидетельств того, что они действительно разговаривали.

Подъязычная кость «ребенка из Дикики» возрастом 3,4 млн лет выглядит так же, как у человекообразной обезьяны. Отпечатки окаменевшего головного мозга и результаты КТ-сканирования внутренней поверхности окаменевших черепов показывают, что борозды и извилины коры головного мозга самых первых австралопитеков были очень похожи на обезьяньи. Однако у некоторых австралопитеков просматривается асимметрия в зоне Брока, свидетельствующая о готовности мозга к воспроизведению и пониманию звуков членораздельной речи{215}. Несомненно, это относилось и к мозгу ранних Homo, живших около 2 млн лет назад.

Изучение окаменелостей возрастом около полумиллиона лет из Испании показывает, что подъязычная кость похожа на человеческую, а структура внутреннего уха настроена на восприятие и обработку звуков в частотном диапазоне человеческого голоса{216}. Судя по генетическим данным, в то время гоминины уже могли общаться с помощью речи. ДНК, извлеченная из окаменелостей, найденных в Европе и Азии, свидетельствует о том, что ген, влияющий на речь – хотя как именно, доподлинно не известно, – в своей нынешней форме появился по крайней мере 1 млн лет назад.