Первый крестовый поход. Сражения и осады, правители, паломники и вилланы, святые места в свидетельствах очевидцев и участников

Когда эмир Антиохии Яги-Сиан оказался из-за нас в тяжелом положении, он послал своего сына по имени Шамс ад-Даула (Sensadolus в лат. оригинале) к правителю Иерусалима Сокман ибн Ортоку и князю Алеппскому Родуану и Докаку, правителю Дамаска. Он также послал его и в Аравию к Bolianuth и в Хорасан к Hamelnuth (оба имени не идентифицированы). Эти пять эмиров, собрав 12 тысяч турецких воинов, неожиданно выступили на помощь Антиохии. Но, не зная обо всем этом, мы разослали многих наших воинов по городам и крепостям. Под нашим господством во всей Сирии было 165 городов и крепостей. Но незадолго перед тем, как турки подошли к городу, мы с 700 воинами выдвинулись вперед на три лиги и остановились на равнине близ моста через реку Оронт. Бог был на стороне верующих в него, ибо в тот день с Божьей помощью мы победили их в битве и убили большое их число. Мы принесли с собой в лагерь более двух сотен голов вражеских воинов, чтобы народ Христа мог возрадоваться, видя их. Визирь египетского халифа прислал своих послов сарацин

с письмами в наш лагерь, чтобы заключить с нами мир.

Мне приятно поведать вам, мои дорогие, что случилось у нас Великим постом. Наши князья решили воздвигнуть укрепление вблизи одних городских ворот и расположить его так, чтобы оно находилось между нашим лагерем и морем. Турки ежедневно выходили через эти ворота и убивали на пути к морю наших людей. А город Антиохия, как известно, лежит в пяти лигах от моря. По этому случаю прославленный Боэмунд и Раймунд, граф Сен-Жильский, всего лишь с 60 воинами отправились к морю, чтобы привлечь и матросов к строительным работам. Однако на обратном пути большой отряд турок напал врасплох на наших предводителей, их воинов и матросов, и началось гибельное сражение. Мы потеряли более 500 пехотинцев во славу Божью, и погибли также два рыцаря. Более того, в тот самый день мы пошли по дороге навстречу нашим братьям с великой радостью, не зная о постигшем их несчастье.

Но когда мы приблизились к уже упомянутым воротам города, множество конных и пеших воинов вышли из Антиохии и, словно они были победителями, ринулись на нас. Увидев их, мы послали в лагерь весть, что всем оставшимся следует последовать за нами и быть готовыми к битве. В то время как наши люди все еще продолжали построение, подошли наши вожди Боэмунд и Раймунд со своим поредевшим отрядом и поведали о большой неудаче, что постигла их. Услышав эту печальную весть, наши люди, загоревшиеся гневом на нечестивых турок и готовые умереть за Христа, ринулись в битву с желанием отомстить за гибель своих братьев. Однако неожиданно враги Бога и наши обратились в бегство, пытаясь скрыться в городе. Но, благодарение Богу, все сложилось не так, как они надеялись. Когда враги наши захотели перейти через реку по мосту, который заканчивался у мечети, мы, следуя сразу же за ними, убили многих из них, прежде чем они достигли моста. Многих мы сбросили в реку, и все они погибли; убили мы многих и на самом мосту, и тех, кто уже приблизился к городским воротам. Верьте, мои возлюбленные, истинности моих слов, что в той битве мы убили 30 эмиров, то есть людей княжеского рода, и еще 300 благородных турецких воинов, не упоминая других простых турок и язычников. Да, это так – павших турок и сарацин было 1230 человек! Среди нас не погиб ни один.

На следующий день после праздника Пасхи, когда мой капеллан Александр писал в большой спешке это письмо, небольшой отряд наших воинов напал на турок из засады и победил их. Господь вел наших, и они убили 60 воинов врага, головы которых они принесли в лагерь.

Эти события, о которых я пишу вам, дражайшие, всего лишь часть из многих, что произошли. Я не в силах выразить все, что у меня на сердце, мои дражайшие, я только прошу вас поступать правильно и заботиться наилучшим образом о вашей земле, и относиться к вашим детям и вашим вассалам с честью. Мы в скором времени обязательно увидимся, как только я смогу приехать. Прощайте.

Ансельм из Рибемонта

Во имя Господа!

Господину и отцу Манассии пишет милостью Божией архиепископ Реймсский, Ансельм де Рибемонт, его верный вассал и скромный служитель, и передает свои приветствия.

Ваше высокопреосвященство, преподобный отец и господин, знайте, что, несмотря на то что вас нет с нами, мы ежедневно в наших молитвах просим вашей помощи. Причем ожидаем ее не только от вас, но от всех сынов Святой Матери-Церкви Реймса, в которую мы глубоко веруем. Поскольку вы наш господин и дела совета Французского королевства зависят от вашего мнения, мы продолжаем, наш отец, сообщать вам о всех радостных и печальных событиях, что происходят с нами. Да будет известно и другим об этом через вас, и вы сможете сострадать нам в горести и сорадоваться нашим успехам.