Петр Столыпин. Последний русский дворянин

Правительство бабахнуло кулаком по столу – 25 сентября 1910 года финляндский сейм был распущен. Согласно новому закону, из сферы финляндского законодательства были исключены вопросы налогообложения, воинской повинности, защиты прав русских подданных, проживающих в Финляндии, суд, охрана государственного порядка, уголовное законодательство и некоторые другие статьи, свободное распоряжение которыми финляндскими властями наносило ущерб российскому самодержавию. Закон фактически утвердил единство и целостность России, сделав Финляндию равноправной частью исторической Русской державы. Увы, всего лишь на какие-то восемь лет…

Тревогу вызывала и исламизация окраин. Как писал Столыпин в сентябре 1909 года обер-прокурору Синода Лукьянову, «мусульманский вопрос в России не может не считаться грозным. Поэтому всякое активное проявление магометанства в той или иной форме или в той или иной части империи заслуживает самого серьезного внимания, самой решительной борьбы со стороны правительства. Возвращаясь к Поволжью и, в частности, к Казанскому краю, я не могу не отметить, что к этой местности, местности с инородческим населением, колеблющимся, как сказано, между русско-православным и татарско-мусульманским влиянием, должны быть направлены серьезные усилия к пресечению национально-татарского натиска. Отказаться от этой борьбы значило бы отказаться от своих вековых исторических задач, отрицательные последствия чего не исчислимы. Всякая борьба достигает, конечно, только тогда намеченной цели, когда она ведется совершенным оружием. Из них, бесспорно, первейшим является надлежаще поставленная и хорошо материально и духовно оборудованная школа как светская, так и церковная. Казанский край не богат просвещением. В частности, наши крещеные инородцы остаются во мраке невежества. Это именно и облегчает татарам их совращение в ислам ради татаризации. Правда, в Казанском крае, где наиболее заметно отпадение от православия, имеются школы, содержимые братством Св. Гурия, но размеры отпускаемого на них содержания столь ничтожны, что помещения этих школ, равно как и учителя, вовсе не имеющие надлежащей педагогической подготовки, совершенно не соответствуют своему назначению. Далее, среди миссионеров, призванных просвещать инородцев, много лиц совершенно не знакомых с местными наречиями, а это, без сомнения, парализует их деятельность. Что касается светских школ, то их недостаточно по числу, кроме того, они равным образом не надлежаще оборудованы, да едва ли и приспособлены к выполнению тех особо высших задач, которые, без сомнения, должны иметься в виду у правительства. Таким образом, успех мусульманской пропаганды в значительной части облегчается недостаточным и не надлежаще поставленным противодействием».

Еще один закон, принятый по инициативе Столыпина, ограничил возможности немецкой колонизации западных губерний. Он позволил остановить скупку помещичьих земель немцами-колонистами – эдакий ползучий «дранг нах Остен».

В этом же регионе империи зрела другая проблема – ползучая полонизация западных губерний Украины и Белоруссии, в основном доставшихся России после разделов Речи Посполитой в конце XVIII века. Здесь в первую очередь необходимо было расставить этнические точки над «i». Для начала протащили указ о закрытии полуэкстремистской польской Oswiaty, как организации, содействующей культурному обособлению поляков от России. Затем пошли еще дальше.

Из-за нерешенности вопросов административного деления территорий часть восточных уездов Люблинского и Седлецкого польских воеводств, населенных преимущественно русскими крестьянами, оказалась в составе царства Польского. Столыпин понимал, что рано или поздно гоноровая шляхта, которой он насмотрелся в Гродно, добьется своего и уйдет из-под российского державного скипетра. Так уж лучше одна, не потащив за собой русское население и не создавая впоследствии лишнего очага напряженности.

Правительство в очередной раз подготовило проект создания особой Холмской губернии, в которую и переводились бы из Привисленского края русские уезды (до этого за последние десятилетия этот не новый проект восемь раз выносили на обсуждение правительства и каждый раз отвергали). В этом ему активно помогал депутат Думы от умеренно правых епископ Холмский и Люблинский Евлогий, затеявший активную полемику с депутатами Польского коло, кадетами и левыми, упрямо возражавшими против сокращения территории царства Польского (особенно удивительна столь «патриотическая» позиция кадетов и леваков). Роль церкви здесь оказалась главной – регион находился на передовом крае борьбы сразу трех религий: православия, католицизма и униатства. Окатоличивание со временем сменялось русификацией, и наоборот. Указ о веротерпимости 1905 года привел к тому, что из православия в католицизм за два года перешли 168 тысяч человек, церковь была в ужасе. «Битва за души» достигла апогея.