Pioner Talks. 30 разговоров сегодня о том, что ждет нас завтра

Именно! И так сплошь и рядом. Или тот самый случай, герой которого отчасти стал прототипом главного героя фильма «Выживший»: когда человеку почти в упор засадили заряд дроби в желудок, в результате образовался свищ, то есть ход наружу, который не зарос. Доктор, который его лечил, стал помещать через этот свищ кусочки пищи. В результате выяснилось, что пища не горит у нас в желудке, а растворяется. Раньше ведь к желудку не было никакого доступа, а тут – к большому для нас для всех счастью – в руках доктора оказался пациент, бедняк, которого доктор просто взял к себе на работу, платил ему деньги из своих личных доходов, как слуге. Все, что требовалось от этого парня, – это позволять проводить на себе опыты. Из этих опытов выросла вся абдоминальная хирургия. Люди перестали считать, что любая операция на брюшной полости – смертельно опасна и что они не могут быть плановыми, эти операции. Какие грандиозные «последствия» для всех нас благодаря этому ранению! Конечно, только потому, что рядом оказался врач. Главный герой «Выжившего» весь фильм ползет по лесу, чтобы отомстить, а тут врач его сразу потащил на койко-место.

Хочу спросить вас про историю, которая меня пока что больше всего удивила: это операция по изменению пола в семидесятые годы в СССР. Вы могли бы об этом немного рассказать? Там как раз история о том, что есть в медицине, условно говоря, «злые силы» и «добрые силы». Добрые силы захотели помочь людям, а злые силы им хотели воспрепятствовать. Или я неправильно ее истолковал?

Да, есть такое. Но это же еще и рассказ о том, как победили. Вообще, интересно, что у каждого врача есть свой мотив. Например, пациентом Гарольда Ридли был летчик, которого ослепила вражеская пуля – оба его глаза были буквально нашпигованы осколками оргстекла. Ридли отметил, что куски плексигласа не отторгаются тканями глаза и даже не вызывают нагноения. И вот однажды один из студентов поинтересовался у хирурга: «Почему бы при катаракте не заменить помутневший хрусталик линзой из оргстекла?» Профессор был задет и уязвлен, что младший коллега предложил такую идею первым, поэтому сделал все, чтобы самому претворить ее в жизнь. Интраокулярная линза была изобретена и успешно имплантирована. Но коллеги устроили Ридли настоящую травлю, после чего выдающийся хирург оказался в психиатрической больнице… Заметьте: это не трагическая русская история, а трагическая английская. У них такое тоже бывает, оказывается. У Виктора Калнберза, главного врача Рижского НИИ травматологии и ортопедии, мне кажется, были задеты несколько иные чувства: «А давайте-ка назло Москве сделаем такую потрясающую операцию?» Это первое. А второе – ведь ему позвонил сам Владимир Демихов, экспериментатор-биолог… В общем, история такая: жила-была красивая девушка, которая ощущала себя мужчиной. Мужчина ты или женщина – это у тебя в мозгу. Это не первичные половые признаки, а то, кем ты себя чувствуешь. В принципе, некорректно говорить об «операции по смене пола», это пластические операции, которые меняют твою внешность. Но! В том-то и штука, что делать их начали только недавно, и эта операция была пятой по счету в мире. У женщины убрали женские половые органы (удалили груди, матку, которая была еще и фиброматозная) и сымитировали мужские. Возникли вопросы, в первую очередь – у психиатров. Если в Москве такая операция была совершенно немыслима, потому что там Минздрав под боком, который такого не допустит (всякие манипуляции с полом были запрещены, была статья за «однополую любовь» в СССР, а манипуляции считались из этой сферы), то в Риге было можно. Но в Москве жил Демихов, который придумал слово «трансплантация» и начал ее делать. И он же придумал коронарное шунтирование – единственно массово используемый, надежный способ хирургического лечения инфаркта и шире – ишемической болезни сердца. Он ставил эксперименты на собаках, позже их стали проводить на людях. И ему, конечно, развернуться не давали.